У меня пересохло во рту от его резкого ответа.

— Почему нет?

Чья-то рука сжимает мое горло и прижимает мою голову к стене. Золотые глаза, сияющие в темноте, смотрят на меня, переходя от расширенных зрачков к приоткрытым губам.

— Без тебя я еще более уязвим. — Кажется, он почти расстроен этим признанием. — Я отвлекаюсь. Несосредоточенный. Интересно, где ты, что делаешь и с кем ты. Думаешь ли ты обо мне и улыбаешься ли ты, когда думаешь. Я приказал сжечь дотла матрас в гостевой комнате просто потому, что ненавидел тот факт, что ты спала где угодно, только не со мной, когда впервые приехала сюда. — Его рука сжимает мое горло, его большой палец поглаживает мою точку пульса. — Я должен изменить все в том, как я действую, как я выживаю, как я остаюсь настолько непобедимым, насколько это возможно, потому что теперь мое сердце выходит в мир свободным из моей груди, завернутым в розовое и выглядящим опасно аппетитным для каждого придурка в в этом городе, и если бы с тобой что-нибудь случилось, я не знаю, что бы я сделал.

Мои легкие опустели от его заявления. По измученному взгляду в его глазах. Затем я встаю на цыпочки и тянусь к нему, шепча: — Я бы не выжила, если бы с тобой что-нибудь случилось, — прежде чем захватить его губы своими.

Это настолько близко к тому, чтобы рассказать ему всю правду, которую я могу сказать ему прямо сейчас, эти три маленьких слова свисают прямо у меня за губами.

Тьяго притягивает меня к себе, грубыми руками держит меня за талию, его губы открываются, приветствуя мой язык в своем рту. Он знойно стонет, нагревая мою кровь, и сжимает мою задницу притягивая меня к своему твердому члену. Его хватка толкает пробку внутри меня, и я громко стону.

За нами прочищается горло.

— Извините, что прерываю, шеф. — Губы Тьяго со слышимым звуком раздвигаются, и он смотрит через плечо на Марко. — Бухгалтер позвонил и сообщил новости.

Он ругается, тяжело дыша. — Дай мне устроить ее, и тогда мы сможем поговорить.

Тьяго смотрит на меня сексуально расстроенным взглядом, который, я уверена отражает мой собственный. Я знаю, что так и должно быть, потому что его зрачки расширяются, а зубы стиснуты от боли, прежде чем он отводит взгляд.

Он хватает меня за руку и тянет по коридору в большую, роскошную комнату с отдельным баром, множеством танцоров и диванами, на которых сидят татуированные мужчины и женщины, которые явно принадлежат к картелю. Они все стоят и кивают нам, когда мы входим и проходим мимо.

— Валентина, — кричит Тьяго, и женщина примерно моего возраста с роскошными длинными каштановыми волосами встает и оборачивается. Я сразу узнаю ее, даже если видела ее лишь мельком в последний раз. Это женщина в золотом платье. — Это Тэсс. Нам с Марко нужно поговорить, ты можешь присмотреть за ней, пока меня не будет?

Ее потрясающие карие глаза расширяются, когда он нас представляет. — Конечно могу! Я так рада наконец встретиться с тобой, Тесс. Я так много слышала о тебе.

Тьяго целует меня в лоб и уходит, оставив меня с ней и не объясняя, кто она для него. Я смотрю, как он несчастно уходит, а затем оборачиваюсь с кислым выражением лица.

— Значит, вы близки с моим мужем?

Глаза Валентины расширяются от враждебности в моем тоне, ее взгляд бегает то туда, то сюда, пока она пытается меня расшифровать. В конце концов она смеется, очаровательно морща нос. Она тянется, чтобы сжать мою руку в своей, и жестом предлагает мне сесть рядом с ней на диване подальше от остальных.

— Я не уверена, как много он тебе обо мне рассказал, поэтому позволь мне убедиться, что между нами нет недопонимания. У меня нет никакого интереса или планов на Тьяго. Между нами ничего нет и никогда не будет. Он мой приемный брат, вот и все, — клянется она. — Кроме того, в последнее время он смотрит только на одну женщину, так что меня не беспокоит, что его внимание будет рассеяно.

Он только что признался, что испытывает ко мне чувства, но это не значит, что это будет длиться вечно. Мой отец когда-то якобы любил мою мать, и посмотрите, где они сейчас.

— В конце концов, все мужское внимание ослабевает.

— Он не будет, — клянется она. — Ничто не могло отвлечь его внимание от бизнеса, и уж тем более женщина. Затем однажды из ниоткуда он преследует тебя по всей Европе и заставляет выйти за него замуж. Он твой. Если ты хочешь, чтобы он был таким, то да. — Она мило наклоняет голову набок и пристально смотрит на меня. — И, судя по этому пятиминутному разговору, я думаю, что да. Он лучший из всех, кого ты знаешь, и под всей этой убийственной тревогой скрывается самый преданный человек, которого ты когда-либо встречала.

Я краснею, глядя на свои руки. — Ты так хорошо отзываешься о нем, приятно это слышать.