Рокси стонет, ее глаза расфокусированы, волосы спутались от моих рук, помада размазалась по моим губам, она, без сомнения, на моих губах и подбородке тоже. Хорошо. Это выглядит как кровь, размазанная по ней, заставляя меня хрюкнуть. Рокси вся чистая и ухоженная, а я ― потный, истекающий кровью. Мои костяшки пальцев разбиты и в синяках от драки, но это только заставляет ее хотеть меня еще больше.

— Да, черт возьми, ты как машина… вся эта мощь, черт, я все время представляла, как она направлена на меня, как ты трахаешь меня вот так, — кричит она, сжимая мой член так сильно, что я стону.

Ее ноги плотнее обхватывают мою талию, пока между нами не остается пространства, ее дыхание становится учащенным, убыстряется, пока я вхожу в нее, с каждым движением впечатывая ее спиной в стену.

— Черт, Гарретт, да. Боже, да! — кричит Рокси, ее глаза закрываются, когда она наклоняет бедра навстречу моим толчкам. Я уже так близко, весь на взводе от драки и от нее, и она тоже. Я чувствую, как Рокси сжимается вокруг меня, как приближается разрядка, пока вдруг она не вскрикивает.

Ее ногти впиваются в мои руки, и она сжимает мой член. Я издаю стон, борясь с ее напряженными мышцами, но всего через два толчка я следую за ней, изливаясь. Глаза моей девочки распахиваются и встречаются с моими, и мы просто смотрим друг на друга в грязной раздевалке.

Она неожиданно улыбается, а затем начинает смеяться, и я присоединяюсь к ней, прижимаясь потным лбом к ее груди, вдыхая воздух.

— Ну, это было отличное свидание.

— Не свидание, — рычу я, даже когда улыбаюсь.

— Конечно, здоровяк, там были развлечения и все закончилось сексом ― это было свидание.

Рокси смеется, заставляя меня стонать, когда сжимает мой размякший член. Выскользнув, я снова запихиваю себя в джинсы и помогаю ей влезть в шорты, пока кто-то не вошел и не застал нас.

— Просто не хватало хавчика.

— Тебе нужна еда?

Я фыркнул.

— Да, черт возьми, гамбургеры. От секса я всегда голодная.

Рокси усмехается, беря меня за руку после того, как я снова надел рубашку и оружие.

— Готово. Давай-ка, малышка, покормим тебя, пока ты не разозлилась и не пристрелила кого-нибудь.

РОКСИ

— Дорогуша?

Я оживляюсь и отрываюсь от контрактов и заявлений на работу в новых барах, за которые я отвечаю, чтобы увидеть в дверях Кензо. На нем пурпурная шелковая рубашка, волосы зачесаны назад, черный пиджак расстегнут, а кости перекатываются по костяшкам пальцев. Его губы изгибаются в усмешке, когда он наклоняется ближе.

— Хочешь прокатиться?

— Всегда.

Я улыбаюсь, перепрыгиваю через диван и впечатываю поцелуй в его губы.

— Позволь мне взять туфли, есть какой-нибудь дресс-код?

Я смотрю вниз на свободную рубашку, в которой я валяюсь.

— Одно из этих чертовски сексуальных платьев.

Он ухмыляется.

— Да? Идем в какое-нибудь хорошее место?

Я смеюсь.

— Нет, просто мне нравятся эти платья и легкий доступ к ним.

Кензо подмигивает, а я показываю ему знак V двумя пальцами, направляясь по коридору в свою комнату.

Я быстро переодеваюсь в темно-фиолетовое атласное платье на бретельках и туфли на каблуках, затем крашу губы и распускаю волосы. Когда я закончила, он ждал в гостиной, разговаривая по телефону, но, увидев меня, отложил его и присвистнул.

— На самом деле, давай не пойдем никуда. — Он начинает приближаться ко мне с голодным выражением лица, заставляя меня рассмеяться и оттолкнуть его.

— Позже, — обещаю я.

Он оказывается позади меня, целует мою шею.

— Позже ты обхватишь меня ногами и будешь кричать мое имя, — клянется он, прежде чем взять меня за руку и, игнорируя мой придыхательный стон, повести меня вниз в лифте. Когда мы приехали в гараж, я решила, что он за рулем, и направилась к его машине, но он вместо этого потянул меня к моей тачке.

— Ты поведешь, дорогая.

Он ухмыляется и бросает мне ключи.

Я пискнула и проскользнула внутрь. У меня было не так много времени, чтобы поездить на машине, которую они мне купили, и, признаться, мне хотелось прокатиться на ней и посмотреть, как быстро она может ехать. Я завожу двигатель, когда он садится, и он смеется.

— Едем в Чайнатаун.

Я киваю и выезжаю из гаража, вдавливая педаль, чтобы ехать как можно быстрее, смеясь, когда машина урчит и набирает скорость.

— Святое гребаное дерьмо, мне это нравится.

Когда я оглядываюсь, то замечаю, что Кензо наблюдает за мной с любящей улыбкой, поэтому я подмигиваю, беру его ладонь и кладу ее себе на бедро, когда переключаю передачу. Он хихикает и гладит мою голую кожу, пока я лавирую в пробках.