Даже не придётся выбирать самый доступный вариант. Этих денег будет достаточно для одной из лучших программ. Однако только для её начала. После придётся думать, как поступать дальше. Я никак не смогу заработать ещё столько, тратя всё время на учёбу, поэтому нужно будет добиться бюджетного места. Любым способом.

– Хочешь учиться?

Я нахмурилась, приподняв голову и посмотрев ему в глаза.

– Кто не хочет?

– Много кто.

Люди переоценивали свои возможности без точных знаний. Это было важно. Везде. А в медицине без них никуда. Априори невозможно.

Я хотела начать обучение не только для того, чтобы в итоге стать врачом. Мне на самом деле был интересен сам процесс. Этапы, которые когда-то прошла моя мама.

– Ты где-нибудь учишься?

На вид ему было… около двадцати? Но это если не смотреть ниже его лица, потому что Деметрио обладал телом взрослого мужчины, который всё свободное время проводил в тренажёрном зале.

– Когда тебя воспринимают за орудие убийства, – признался он, – особо не задумываешься, что можешь сгодиться для чего-то другого.

Значит – нет. Он никогда не хотел? Его вообще интересовало что-то, кроме работы на синдикат? Или в ДНК детей Каморристов было вложено отсутствие рвения к человеческим интересам?

Дети оставались детьми, кем бы ни были их родители.

Мне хотелось узнать, но я понимала, что это не моё дело, поэтому, подавив интерес, ответила:

– Понимаю.

– Понимаешь? – удивился Деметрио.

– Отчасти.

Я нанесла ещё один удар, опустив взгляд обратно к уровню его вытянутых перед собой ладоней и торса. Он даже не вспотел, когда я, казалось, была готова выпить всю оставшуюся в этом зале воду и свалиться на пол от усталости.

Отсутствие когда-то привычных мне тренировок сказалось на уровне выносливости.

– Я участвовала в боях без правил на протяжении года.

Толку было скрывать это от него?

Раньше, ещё учась в школе, я всеми силами пыталась сохранить свою настоящую жизнь в тайне, но сейчас мне уже было всё равно.

К тому же я всегда была болтлива. Мало кто выдерживал меня. На самом деле только мама, Кая и ещё один человек, но скорее у него просто не осталось выбора. Я разговаривала с ним всего один раз. Вероятно, на второй он бы сбежал, как и любой другой.

И это нельзя было назвать разговором. Я говорила – он слушал и иногда давал односложные ответы на мои вопросы.

Поэтому только мама и Кая были моими верными слушательницами.

– Тебе семнадцать, – напомнил Деметрио, будто я забыла свой собственный возраст.

– Сейчас да. А тогда мне было пятнадцать, и этот факт не смущал ни моего отца, ни хозяина того места.

Не существовало человека, которого я бы ненавидела больше, чем Родриго, потому что если отец обижал только меня, то этот ублюдок любил делать больно Кае.

Боль, которую приносят любимым, непростительна.

– Я знаю все клубы в Рино. Нигде не…

– Полагаю, не все, – перебила я, но казалось, он и не собирался договаривать, будто понял или вспомнил что-то.

Деметрио нахмурился, задумавшись.

Каморра была в «FIGHT» как минимум один раз, но я не знала, был ли Деметрио в числе нападавших и известно ли ему, кто дрался на ринге тем вечером.

– Покажешь мне его.

Он не спрашивал, а утверждал, будто я была обязана это сделать.

– Зачем?

– Все развлекательные заведения в Рино принадлежат Каморре, а мы отказываемся от работы с несовершеннолетними.

– И всё-таки я здесь.

Либо он лгал мне, либо…

– Не состоится ни одной встречи до тех пор, пока тебе не исполнится восемнадцать.

На самом деле я могла начать работу и раньше. Я собиралась начать её раньше. В этом не было ничего страшного. Для меня. Тем не менее казалось, что Деметрио собирается твёрдо стоять на своём.

Без разницы.

Я готова.

– Ты была единственной?

Что-то в области моего сердца кольнуло.

И причиной было не то, что он интересовался, не эксплуатировали ли там детей как рабочую силу, а… Кая.

Кая – причина боли в моей грудной клетке.

– Нет.

Вся злость, которую я держала в себе из-за случившегося с ней, собралась в кулаках, и я нанесла удар по обеим перчаткам своего спарринг-партнёра.

Брови Деметрио подскочили вверх, когда он почувствовал её, поэтому его следующий вопрос не заставил себя долго ждать:

– Сколько ещё?

– Одна.

Несмотря на то, что мы познакомились, когда Кая уже была совершеннолетней, попала она в клуб намного раньше.

Мне была известна её история.

Удар.

Удар.

Удар.

Там дрались и другие девушки, но они всегда были старше и не задерживались надолго, получив то, что хотели. Никто не держал их как заложниц. Как нас. Мы с Каей – единственные, кто знал, что представляет собой «FIGHT» на самом деле.

– Она всё ещё там?

Я зарычала, не прекращая наносить удары, когда Деметрио стал постепенно отходить спиной к краю под моим напором.

– Нет.

С каждым новым вопросом дышать становилось всё труднее.