– И я, – послышалось с другой стороны. Прошла ещё секунда, и Кристиан понял, что стоило договорить, поэтому добавил: – И я люблю тебя.

Мой язык прилип к нёбу. Если бы они не прижимались ко мне прямо сейчас, я бы без сомнений свалилась на пол от шока.

Они сказали это.

Они…

Я не выдержала, и слёзы потекли по моим щекам. Меня одолела слабость, но, несмотря на это, я нашла в себе силы протянуть руки назад и обнять своих братьев в ответ, прижав ладони к их спинам.

Я тоже любила их.

И понимала.

И…

Рыдание вырвалось из груди, а ком в горле был настолько большим, что мешал пропускать воздух в лёгкие.

Приподняв голову, посмотрела влево – на Кристиана.

– Ты неплохо ладишь с детьми и будешь набираться опыта в три раза быстрее, чем я, поэтому… – я заикалась, говоря невнятно, – может быть… иногда… ты бы мог забирать моего сына к себе? Думаю, он подружится с твоими мальчиками. У тебя ведь найдётся комната для него?

Ту, что он сделал для меня, пустовала. Конечно, скоро его дом заполонят дети, и, возможно, она понадобится одному из его собственных сыновей, но…

– Конечно… – как в тумане ответил Кристиан. – Да, конечно. – А затем более уверенно: – В любое время.

Я шмыгнула носом.

– Правда?

Он кивнул.

Получив одобрение, посмотрела вправо – на Себастьяна.

– У меня есть татуировка, которую нужно закончить после того, как я рожу. Ты сможешь это сделать?

У него отлично выходило. Он всегда любил рисовать. В детстве я воровала карандаши из его комнаты, надеясь, что он заговорит со мной, попросив мои. Конечно, он никогда так не делал, но я не теряла надежды, пока в моих тумбочках не закончилось место и я не поняла, что занималась полной бессмыслицей.

– Нужно будет посмотреть твою спину, чтобы я подготовил эскиз заранее, – ответил Себастьян.

Шмыгнув носом, качнула головой.

– Хорошо.

Я сжала в кулаках чёрные футболки братьев, не желая отпускать их. Было холодно, но так приятно, что я была готова замёрзнуть, только бы не переставать чувствовать их объятия. Последний раз Кристиан обнимал меня, когда мне было пять, а Себастьян – никогда.

Конечно, я была потрясена.

И даже забыла о том, что меня ждали.

– Хороший выбор одежды, – хмыкнул Кристиан.

Хм? Не поняв, к кому он обращается, перевела на него взгляд и увидела Дэниела, наблюдающего за нами со стороны. Он всё ещё был одет в то, что Кая принесла нам ночью. Брат повернул голову и взглянул на жену. Она пожала плечами и невинно улыбнулась ему. Это выглядело забавно.

Я опустила руки, прекрасно понимая, что нельзя остаться в таком положении навечно, и подошла к девушке, которая первое время заставляла меня чувствовать жгучую ревность. Тёмные брови Каи немного приподнялись от удивления.

– Спасибо, что веселишь его. Каждый день.

Она кивнула, поджав губы, изогнувшиеся в улыбке.

– Но мы не подруги, – предупредила я, изо всех сил стараясь не заулыбаться в ответ.

– Никогда! – не сдержавшись и засмеявшись, воскликнула Кая.

Затем мы кое-как обнялись из-за наших животов, и я перешла к следующему человеку. Аврора не стала медлить и прижалась ко мне первой, в который раз доказывая, что проявлять свои истинные чувства – дар, а не проклятие.

– Была рада познакомиться с новой тобой, – прошептала ей на ухо.

– И я.

Но мы навсегда останемся Плаксой и Пакостью друг для друга.

После подошла очередь Доминика.

– Можешь ничего не говорить.

– Потому что не хочешь, чтобы я опозорила тебя на глазах у Главы другого синдиката своей сопливой речью о том, как ты заменил мне старших братьев?

– Ты никогда не заставляла меня стыдиться.

Слёзы снова подступили к глазам. Я положила голову на его грудь, и он ласково потёр мою спину, прежде чем я вновь оказалась рядом с Джулией, которая положила ладони на мои щёки.

Она встала на носочки и поцеловала меня в лоб, прошептав:

– Может, не всегда с тобой, Талия, но точно никогда против тебя. С днём рождения.

***

Через ещё круг объятий и прощаний я всё-таки смогла выйти на улицу, оставив их, хотя в какой-то момент мне показалось, что я не готова к этому. Пока не увидела Дэниела, смиренно дожидающегося меня. Он не торопил, даже не стал огрызаться с Кристианом, который дал пару комментариев по поводу его одежды, и принял ключи от своей машины, которые всё это время находились у Себастьяна.

Смахнув тонкую пелену из слёз, я обернулась и взглянула на провожающих меня, желая запечатлеть этот момент так, чтобы ничто не смогло вытеснить его из моей памяти.