Я сжала руку Дэниела в своей, останавливаясь. Шпильки перестали стучать по асфальту с каждым новым шагом. Сердцебиение участилось, когда догадка в моей голове подтвердилась отсутствием света за окнами.

– Я думал, с недавних пор тьма приносит тебе удовольствие, Сирена, – напомнив о том, что произошло несколько ночей тому назад, ухмыльнулся Дэниел.

Да, но… Тогда он занял меня настолько, что я перестала замечать кромешную тьму вокруг нас и стала видеть только звезды, которые он же и дарил мне.

– Ты собираешься съесть здесь меня? – стараясь проглотить накативший страх, серьёзно спросила я.

Дэниел успокаивающе потёр тыльную сторону моей ладони своим большим пальцем.

– Если будешь хорошо себя вести.

То, как он перевёл всё в шутку, помогло привести дыхание в норму.

– А если нет?

– Придётся довольствоваться ужином.

Разочарование читалось в каждом его слове и это заставило меня пропустить смешок.

Я подняла голову, желая запечатлеть лицо мужчины в своей памяти, чтобы, даже не имея возможности смотреть на него в темноте, я продолжала видеть его перед своими глазами.

Он был непривычно одет, поэтому мой взгляд скользнул ниже, уже в который раз пробегаясь по его черному классическому костюму, белой рубашке и галстуку. Татуировки на груди не смогла скрыть даже ткань и, как бы он не хотел выглядеть иначе, чтобы смотреться гармонично в паре со мной, аура бунтарства, шествующая следом за ним, не отпустила его.

– Нравится то, что видишь?

– Да, – признание слетело с губ быстрее, чем я успела подумать над ответом, и моя голова взметнулась вверх.

– Мне тоже, – ответил Дэниел, осмотрев меня с ног до головы.

Приятная дрожь прошла по телу вслед за его взглядом.

– Идём, – я потянула его к дверям. – Тебе нельзя пропускать ужин, иначе потеряешь форму.

Смех мужчины раздался позади, заставив меня саму начать хихикать себе под нос из-за глупого намёка, вложенного в мои слова.

Мы вошли внутрь, спустились вниз по лестнице и оказались в… темноте.

Я не знала, когда это закончится, но каждый раз был, как первый, и я чувствовала себя маленьким ребёнком, который боялся засыпать без света. Ничего не могла поделать. Ритм сердца учащался, дыхание перехватывало, а… а теплая ладонь всё ещё держала мою в своей, напоминая, что хоть здесь и было темно, как там, я больше не была одна.

Нас подвели к столику и только тогда мы разделились. Кожа зачесалась от желания взять Дэниела за руку.

Стул сбоку от меня отодвинули, и я устроилась на своём месте, стараясь дышать ровно.

Сколько людей было вокруг? Дэниел сидел напротив или в стороне? Сегодня это место было только нашим?

Тишина подсказала ответ лишь на последний вопросы – здесь были только мы.

Это пугало так же, как и успокаивало.

Желая переключиться на то, зачем мы были здесь, спросила:

– Как скоро подадут меню?

Дэниел застучал пальцами о поверхность стола, привлекая моё внимание. С того момента, как он обучил меня Азбуке Морзе, любые ударные звуки стали значить что-то. Я старалась расшифровывать даже то, в чём не было послания, чтобы потренировать память.

– Оно нам не понадобится.

– Ты сделал заказ за меня? – возмутилась я.

Он знал меня лучше, чем я сама, и всё же мне хотелось сделать выбор самостоятельно. Даже если это была просто еда.

– Нет, – усмехнувшись, ответил Дэниел. – Разве не лучший способ узнать, что тебе нравится, попробовав всё?

Мой рот приоткрылся.

– Правда, – согласилась я, когда многозначительная улыбка, которую он даже не видел, расплылась на моих губах.

Уже через несколько минут нам принесли первые блюда и напитки. Мой желудок скрутило от голода, который ранее совсем не чувствовался, поэтому я напала на то, что было в моей тарелке, едва её поставили передо мной.

Всё было так вкусно, что я не заметила, как закончила с овощами и приступила к мясу. Однако мои мысли крутились вокруг макарон с сыром, которыми Дэниел накормил меня в последний вечер проведённый в палате.

Сомневаюсь, что здесь подавали такое…

Мужчина, который, как я выяснила, устроился напротив, ел так тихо, что я на мгновение забыла о его присутствии.

– Дэниел?

– Да, Сирена? – пережёвывая что-то, невнятно отозвался он.

– Как тебе ужин?

– Я ещё не приступил к нему.

Жар поднялся к моим щекам и я прикусила вилку.

– Хорошо, как тебе еда?

– Неплохо, – озвучив мои мысли вслух, ответил он. – Но не сравнится с твоим вкусом.

Я пнула мужчину под столом, приложив салфетку ко рту. Грудь стала сотрясаться от сдерживаемого смеха.

– Что? – искренне поинтересовался он.

– Положи правую руку на стол ладонью кверху, – прошептала я, перегнувшись через стол, чтобы только Дэниел слышал меня.