– Ммм, нет, – шум воды перебивал её голос, но я расслышал, как она задумалась. – Она не говорила со мной. А я, даже если бы могла, не заговорила бы с ней первая.

– Почему? – я нахмурился.

– Её шрам… И взгляд… Мне показалось, она не сильно хотела помогать мне.

– Шрам?

– Да, – Талия выключила воду и я стал отчётливо слышать её. – От одной щеки к другой.

Осознание накрыло меня волной, когда я понял о ком она говорила всё это время, и заставило выпрямиться на месте.

Единственная девушка со шрамом, которая могла попасть в палату Талии, не предупреждая об этом меня или Дока, была…

Арабелла.

Я не думал, что делить постель с Талией окажется настолько мучительно.

И дело было не в том, что я не привык спать с кем-то, а в том, что она не выпускала меня из своих объятий всю ночь, будто я правда мог оставить её, когда я даже не позволил себе снять с себя её руки, чтобы отлучиться в соседнюю комнату на несколько минут.

Хотя с мыслями о Талии я бы пошёл на рекорд.

– Ты сказал ей её имя, – прошипела Арабелла.

Девушка испепеляла меня своим взглядом через стол.

За час, что они с Деметрио были здесь, недовольство ни на секунду не покинуло её карих глаз, а нервное почёсывание шрама только подтверждало раздражительность, протекающую по венам.

Я был доволен, потому что чувствовал себя точно так же после того, как узнал, что она втайне наведывалась к Талии.

– Это проблема?

– Знаешь много девушек с таким именем?

Нет, она единственная.

– Это не важно. Если бы я не сказал тебе, что она Призрачная Наследница Ндрангеты, ты бы догадалась? – я вскинул бровью, делая первый глоток свежесваренного кофе.

Арабелла заскрежетала ногтями по столу, недовольно прищурившись, глядя на меня.

– Нет, – ответил за неё.

– Но кто-нибудь может узнать её.

Личность Талии с самого рождения была надёжно спрятана под неисчисляемым количеством замков, собственноручно выкованных Винченцо Нери, поэтому…

– Этого не случится.

Девушка несогласно покачала головой.

– Мы не можем так слепо верить всем своим людям, Дэниел. Часть из них всё ещё не на нашей стороне.

В этом Арабелла была права.

Поэтому кто-то из нас троих всегда должен быть рядом с Талией.

Она больше не чувствует опасности, потому что не до конца понимает, где и с кем находится. А её потерянная личность только усугубляет положение.

– Однажды мы уже ошиблись и позволили Кристиану пустить в наш круг своего человека, – напомнила мне девушка.

– И ты пригрозила лишить головы его жену, если он посмеет проделать это снова.

– Я не виновата, что единственное, что волнует его – это она.

Покушаться на жизнь одной из женщин новой Главы Ндрангеты крайне самонадеянно. И мне было известно об этом, как никому другому до того, как Триада разбежалась по штатам в точности разлетевшимся по складу мозгам Шэнли Ли, который думал, что ему сойдёт с рук попытка лишить наследия Аврору Де Сантис, убить Джулию Нери и похитить Амелию Риверо.

– К тому же ты знаешь, что я бы никогда так не поступила, – Арабелла закинула ногу на ногу, скучающе постукивая каблуком по стенке барного стола.

– Кристиану об этом знать не обязательно.

В конце концов иметь на него хоть какое-то воздействие было полезно, несмотря на то, что все угрозы с нашей стороны были липовыми.

Кая Нери нас не интересовала.

– Разумеется, нет, – девушка провела языком по верхнему ряду зубов, копируя привычку Деметрио. – Но откуда в тебе взялась такая тяга к провокации его другой стороны?

Если бы мне выпал шанс встретиться с Кристианом Нери до того, как он затащил меня в подвал своего отца, это бы началось раньше.

Он легко терял контроль, и с тех пор, как мы познакомились, я остро нуждался в проверке самого себя рядом с ним. Наши желания касаемо работы пересекались и, пока мне не пришлось взять на себя обязанности Неро, я тоже был универсальным.

С Себастьяном Нери дела обстояли сложнее. На то, чтобы вывести его из себя, не упоминая при этом имя его жены, потребовалась бы целая куча времени, поэтому он был равным противником моей нынешней версии.

Только вопреки тому, что они оба напоминали мне самого себя, я не уважал ни одного из братьев Нери и питал ненависть по отношению к ним, потому что ни для кого за и в пределах Ндрангеты не было секретом, что Талия была пустым местом для них.

– Я соскучился.

Арабелле и Деметрио не пришлось прощаться со своим безумием. Они остались практически так же вольны в своих действиях, как и раньше. Но кто-то должен был их контролировать, поэтому я подвергся изменениям.

– Скоро, – напомнила девушка.

Больше никогда.