Дорвавшись до своей Анастейши, довожу до неистовства изощренными ласками и начинаю аккуратно входить в нее. Продвигаюсь медленно, чтобы не сделать больно, но она стонет лишь от наслаждения. Тогда, отбросив осторожность, даю волю желаниям. Вокруг нас все грохочет, и я не понимаю, в природе это или в моей голове. А на пике мир вдруг вспыхивает ярким огнем, и я задыхаюсь от нежности и страсти.

Мы лежим рядом, переводя дух, посреди огромного поля. Вдыхаю аромат ее кожи и пугаюсь переполняющих меня эмоций. Раскат грома приводит в чувство. Значит, гроза была не только внутри меня. Нам пора возвращаться.

В замке первым делом направляюсь поговорить с Анитой. Не представляю, как начать этот разговор. Она же хорошая девочка и не виновата, что у меня снесло крышу от другой.

Нахожу Аниту в спальне и только собираюсь поговорить с ней, как звонит мой мобильник. При взгляде на экран понимаю, что мне пора. Хватаю из сейфа дипломат и пристегиваю к руке. Анита знает, как опасна может быть моя работа. Подходит обнять и шепчет, чтобы я был осторожен. Надо отдать ей должное: она ни разу не потребовала бросить то, чем я занимаюсь. А как, интересно, отреагирует Анастейша, когда узнает? Но сейчас мне не до этого. Безуспешно пытаюсь разыскать девушку, чтобы предупредить об отъезде, но ее нигде нет.

Дела заняли чуть больше времени, чем я планировал. Мне уже не терпелось вернуться к Анастейше, и я вылетел сразу, как освободился. Ночной сумрак только-только начал рассеиваться. Машина неслась по пустой дороге Трансильвании, а впереди на светлеющем небе стал вырисовываться силуэт замка. Почему-то чем ближе мы подъезжали, тем большее волнение меня охватывало. Я попросил водителя ехать быстрее и уже сто раз пожалел, что не сам сел за руль.

Замок встретил тишиной и уже привычным полумраком. Надо будет все же заняться электричеством. Спеша по темным коридорам, я вдруг увидел смутный силуэт на полу. Анастейша! Девушка была без чувств. Подхватив ее на руки, рванул обратно на выход. Водитель, на мое счастье, еще не успел уйти далеко. Он помог мне расположиться с Анастейшей на заднем сиденье, и мы погнали в ближайшую больницу.

Мне не удавалось привести ее в чувство. Анастейша лежала у меня на руках, бледная и неподвижная. Ее босые ноги были стерты в кровь, как будто она долго бежала. Что же случилось с тобой? Может, вновь испугалась вымышленных призраков? Мне не надо было уезжать. Эта паршивая пара миллионов, что я выручил на сделке, точно не стоит того.

Мы подъезжаем к аккуратному белому трехэтажному зданию. Я мгновенно разрушаю стерильный покой этой обители, врываясь туда с Анастейшей на руках и крича о помощи на всех доступных мне языках. Вижу ужас на лицах медсестричек, зато все сразу начинают шевелиться. Анастейшу куда-то увозят на каталке, и я остаюсь наедине со своими страхами.

Время в больнице тянется томительно долго. Я прислушиваюсь к тому, что персонал говорит на румынском, стараясь вычленить знакомые слова, но у меня не получается. Пристаю с расспросами ко всем, кто попадает в поле зрения, но самое частое, что слышу от них:

– Ждите. Мы вам сообщим, когда появятся новости.

Не помогают даже деньги, которые я щедро рассовываю всем попадающимся на глаза людям в белых халатах. Наконец ко мне выходит доктор.

– В крови пациентки обнаружены следы галлюциногенов, – сообщает он мне на приличном английском.

– Что? Каких галлюциногенов? – тупо переспрашиваю я, силясь осознать сказанное.

– Психоделиков, если точнее. Вы не знали, что ваша подруга употребляет запрещенные вещества? – врач с недоверием смотрит на меня.

– Это какая-то ошибка. Она не могла.

– Может, кто-то опоил ее? Вызвать полицию?

– Нет, благодарю. Мы сами разберемся, – поспешно заверяю я. – Как она?

– Под капельницей. Но ее здоровью уже ничего не угрожает. Скоро придет в себя, и мы ее выпишем.

Врач уходит, а я сижу в оцепенении, пытаясь понять, что там случилось. Не сомневаюсь, что Анастейша не стала бы сама принимать наркотики. Значит, кто-то пытался ее отравить. Но кто? Замок надежно защищен. В периметре только свои. Обслуживающему персоналу это никакой выгоды не принесет. Хотя во многих детективах убийца – дворецкий, но я не могу себе представить, зачем Джону травить девушку. Остаются Кир и Анита. Если у Анастейши что-то было с Кириллом, а потом его отшила, может, он затаил обиду? Или это Анита узнала о нашей связи? Да и так ли хорошо я знаю Анастейшу? Может, в прошлом этого ангелочка скрываются те еще демоны?

От роящихся вопросов без ответов разболелась голова. К счастью, подошедшая медсестра оповестила, что Анастейша пришла в себя и мы можем уезжать.

Моя девочка выглядела растерянно и явно была дезориентирована.

– Я нашел тебя без сознания в коридоре замка. Ты помнишь, что произошло?

– Смутно. Там было привидение, оно гналось за мной.