Я поморщился от ее крика. Терпеть не могу повышенных тонов, а уж когда меня пытаются отчитать при всех – тем более. Понимаю, что в ней вопит ревность, но нужно сразу поставить Анфису на место. Крепко ухватив ее за локоть, я наклонился к ней и тихо, чтобы никто кроме нее не услышал, но очень четко проговорил:

– Я предупреждаю лишь однажды. То, что мы переспали, не дает тебе никакого права повышать на меня голос. Напоминаю, что это вы были заинтересованы в моем участии в шоу. А я могу уйти отсюда в любой момент, если мне что-то не понравится. Так что лучше сделать так, чтобы я был всем доволен.

Ее зрачки расширились. Буду надеяться, от страха, а не от вожделения.

– Да, кстати. Неплохо бы было нас накормить. Съемки длятся уже часов десять.

– Пойдем. Твою еду уже привезли.

– А девочки? К шампанскому надо было сразу дать какую-нибудь закуску. Некоторые из них уже изрядно набрались.

– Так и задумано, – пожала плечами Анфиса, но, увидев, как мои брови съезжаются к переносице, поспешно добавила: – Участниц тоже сейчас накормят.

Она распахнула передо мной дверь и удалилась. В комнате действительно уже все накрыли для меня. Ужин явно привезли из дорогого ресторана, что меня порадовало. А когда я вернулся в большой зал, то увидел, что девочки доедают сухие пайки. Ну, хоть что-то им перепало.

И мы продолжили общаться с участницами. Расслабившись после еды, они стали раскрываться для меня с другой стороны. Удивительно разносторонние, как оказалось, и каждая по-своему хороша. Браво кастинг-группе: они поработали на славу.

Съемки продлились еще несколько часов. Мы все устали, а конца так и не было видно.

– Скоро это закончится? – поймал я Анфису.

– Обычно первый день мы снимаем двое суток, – пожала плечами она.

– Без сна? – решил переспросить я.

– У девочек сложные прически и макияж, который делается полдня. Мы не собираемся их перегримировывать.

– Нам всем нужен отдых. Постарайся организовать это.

Она сузила глаза, но молча ушла выполнять. А я поднялся в свой номер, с удовольствием принял душ и хотел уже завалиться спать, когда в дверь настойчиво постучали. На пороге стояла Анфиса.

– Я нашла спальные места для девочек, – отчиталась она.

– Молодец.

Она по-прежнему мялась в дверях, не уходя, но и не решаясь продолжить.

– У нас есть время до девяти утра, – наконец скороговоркой выпалила она.

Ну, приехали.

Я редко вхожу в одну реку дважды, и Анфиса – точно не этот случай. К тому же вокруг так много достойных экземпляров! Теперь надо как-то тактично донести до нее свою мысль. Беру девушку за плечи и проникновенно заглядываю в глаза.

– Мне бы очень этого хотелось, но ты же понимаешь: мы не сможем скрыть это от девчонок. Начнутся скандалы, шоу пойдет прахом, а тебя уволят. Я не могу этого допустить. Ты выстроила такую успешную карьеру! Я восхищаюсь, глядя, как ловко ты тут со всем управляешься.

На ее лице отражалась нешуточная борьба: профессионал сражался с влюбленной женщиной. Я испугался, что выбор может пасть не на нужную мне опцию.

– Мне так жаль, что мы не сможем больше видеться. Но вкус твоих поцелуев навсегда останется на моих губах.

«Боже, что я несу?»

Нежно поцеловав ее, я захлопнул дверь у нее перед носом. Надеюсь, этот вопрос мы закрыли.

Не успел я блаженно растянуться на кровати, как в дверь опять постучали. На сей раз стук был еле слышный. Сначала я даже решил, что мне показалось, но он повторился. Пришлось вставать. За дверью обнаружилась Татьяна.

– Прости, что побеспокоила тебя, – она стояла, смущенно опустив глаза. – Нас поселили в комнату впятером, и я не могу заснуть в таких условиях. Хотела узнать: может, в твоей комнате есть диванчик и ты не будешь против, если я посплю на нем?

– Дивана нет, – честно признался я. – Но ты можешь лечь со мной на кровать. Она довольно просторная.

– Правда? – Татьяна радостно подняла на меня глаза.

О, я узнаю этот взгляд. Похоже, сегодня будет не до сна. Я распахнул дверь пошире, приглашая ее войти, и она неслышной тенью скользнула внутрь комнаты.

– Поможешь расшнуровать корсет?

Я на ощупь нашел тесемочки и приступил к освобождению девушки из плена бального платья. Наконец ткань с тихим шуршанием упала к ее ногам. Она переступила через нее и скрылась в ванной.

Пока журналистка принимала душ, я немного остыл и подумал, что, наверно, не стоило бы кувыркаться с одной из участниц в первый же день шоу. Не говоря уже о моем косяке с Анфисой и о том, что спать нам осталось меньше шести часов. А впереди еще сутки съемок, и хорошо бы в кадре нормально выглядеть.

Через пять минут Татьяна юркнула ко мне под одеяло. Я притворился спящим, но она, не замечая этого, склонилась надо мной, поцеловала в щеку.

– Спасибо, что приютил, – выдохнула она куда-то мне в шею.

Механизм запущен, я уже не в силах остановить его. В следующее мгновение подминаю ее под себя.

– Прическа! – приглушенно пищит она откуда-то снизу.

Черт!