Темочка родился красавцем, но кроме внешней привлекательности унаследовал и крутой характер отца. По пустякам, к счастью, нас не беспокоил, но если что-то его не устраивало, то лучше было сразу сделать как он хочет, иначе мог свести с ума своим басовитым криком.

Несмотря на то что малыша я любила до беспамятства и заботу мужа очень ценила, краски жизни постепенно угасали для меня. Я не понимала, что со мной творится, злилась на себя, но только больше и больше погружалась в безысходность. Мне не хотелось никого видеть, ничего делать и вообще вставать с кровати. Глаза постоянно были на мокром месте, и с каждым днем ситуация становилась все хуже.

Дима, видя мое состояние, перестал ходить в офис. Все вопросы старался решать не выходя из дома, параллельно успокаивая Тему и пытаясь меня расшевелить. Поняв, что одному ему не справиться, муж потащил меня к специалистам. Мне сразу предложили лечь в клинику, но разлуки с сыном я не хотела. Препараты, которые подходили на грудном вскармливании, и психотерапевтические сеансы нужного эффекта не давали. Лица специалистов и планы лечения менялись один за другим, но результата не приносили. В конце концов я уже взмолилась, чтобы меня оставили в покое. Дима согласился, но не сдался. На следующий же день он подключил тяжелую артиллерию – тещу.

До этого момента нам удавалось скрывать от мамы мое состояние. В ее присутствии я бодрилась как могла, да и Димка меня прикрывал. Но теперь, совсем отчаявшись, он решил ей признаться. Мама прилетела тут же и с порога набросилась на меня:

– Что ты творишь? У тебя чудесный малыш и муж, о котором можно только мечтать, что тебе неймется, объясни-ка? Ждешь, когда Дмитрий тебя бросит? Так это скоро произойдет, я тебя уверяю. Он мужчина обеспеченный, да еще и красавец, каких поискать. Таких, как он, еще щенками разбирают, а ты, похоже, не ценишь свое счастье?

Я молча выслушивала мамины обоснованные претензии в мой адрес. Даже знай она, что Дима импотент, все равно бы его классной партией для меня считала. А она не знала, потому с ее колокольни ситуация в нашей семье выглядела еще более странно.

– Нет, ты мне скажи: какой мужик будет терпеть твои бесконечные слезы и кислую рожу? – продолжила возмущаться она. – Дима просто святой. Тащит на себе весь дом, о ребенке заботится, который ему неродной, кстати. А ты что? Валяешься тут, как петербуржская недвижимость, и сырость разводишь. Быстро завязывай с этим!

Мама рысью сбегала в детскую и вернулась с Темой на руках.

– Разве можно не любить это сокровище? – Она показывала мне Темку, как будто я никогда не видела собственного сына.

Я покорно смотрела на своего ребенка, попутно отмечая, как сильно он стал напоминать отца. Быстро потемневшие волосы, волевой подбородок, упрямая складка, которую он предупреждающе собрал между бровями. Все это так напомнило Дэма, и слезы сами потекли из глаз.

– Что, похож на твоего бывшего? – Каким-то непостижимым образом мама уловила мои мысли. – Пора забыть о нем, Настя.

– Дай мне Тему. Его пора кормить, – поспешила я сменить тему.

– Не придумывай. Ему еще рано, – не поверила мама, но через пару минут, оглушенная требовательным ревом, уже протягивала мне сына.

Тема с наслаждением вцепился в мою грудь, но порадовать его мне было особо нечем. Молока со всеми моими треволнениями катастрофически не хватало.

Разговор с мамой тоже не подействовал, скорее усилил и без того гнетущее чувство вины.

Тогда Дима пригласил няню, потому как и дальше сидеть у моей юбки уже не мог. Без его присутствия в офисе дела продвигались не так хорошо, как хотелось бы. Тема воспринял нового человека на удивление хорошо. А я заметила, что нанял ее Дима не только и не столько заботиться о малыше, сколько за мной следить. Эта Мэри Поппинс заглядывала в мою спальню чаще, чем в детскую. Таскала мне еду через каждые пять минут и слезно просила поесть. Сначала я слегка напряглась от присутствия постороннего человека в доме, но вскоре мне стало все равно, как безразлично было и все остальное, что происходит вокруг.

– Тему ты больше не кормишь грудью, значит, пришла пора выходить на работу, – как ни в чем не бывало сообщил мне Дима, усевшись на кровать.

Я удивленно взглянула на него. Он серьезно? Я не выхожу из дома, даже с кровати уже почти не встаю. Какая работа?

– Ты не занимаешься ребенком, потому мне пришлось нанять няню, но ее услуги надо оплачивать.

Я похолодела. Он прав. Дима, конечно, зарабатывает более чем прилично, но он вовсе не обязан тратить свои деньги на нас с ребенком. Но при мысли, что мне придется возвращаться к офисным змеюкам, стало дурно. Я прекрасно помнила весь тот ужас, что творился в мой последний день на работе.

– Я не могу вернуться в твою фирму. У меня не складываются отношения с коллективом. Но я постараюсь как можно скорее найти какую-нибудь другую работу.

– Могу их всех уволить, – с готовностью отозвался Димка.