Я не боялась гнева Димы, но меня очень расстраивало, что я так его подвела. Мне не хотелось, чтобы из-за моей оплошности он потерял и второго важного клиента, с которым летит сегодня в Москву.

– Мне надо… – с трудом начала я.

– Мозгов тебе надо, да откуда ж их взять, – не дала мне закончить Света.

– Мне надо в больницу, – все же удалось мне закончить предложение. – Пожалуйста, позвоните в «Скандинавию». Их визитка в моей сумке.

Света презрительно смотрела на меня, скрестив руки на груди, и не собиралась помогать.

– Да ладно… Ты хочешь, чтобы она родила прямо здесь? – Ее рыжая подружка подскочила ко мне и, порывшись в сумке, выудила прямоугольничек с телефоном. Эта же сердобольная девушка помогла мне спуститься на первый этаж нашего бизнес-центра в ожидании скорой.

Боль накатывала мощными волнами, смывающими все из моего сознания. Но стоило оказаться в комфортабельной палате, как меня накрыла паника: «Я буду рожать совсем одна. Дима уехал, и я даже маме не могу позвонить». Телефон остался в офисе, а новый номер мамы я наизусть не помнила.

Еще один болезненный приступ заставил меня зажмуриться. Перед глазами некстати всплыло лицо Дэма. Вихрем пронеслись обрывки воспоминаний, которые я с таким упорством гнала от себя все последние месяцы.

«Ходишь где-то там и даже не знаешь, что совсем скоро станешь отцом. А я тут мучаюсь из-за тебя».

– Будь ты проклят! – заорала я, корчась от очередного приступа боли.

– Надеюсь, ты не про меня, – услышала знакомый голос рядом и распахнула глаза.

Просыпаюсь с намерением не вылезать с Анитой из нашей постели. С трудом пережив унижение в рыбном ресторане, пытаюсь исключить возможность снова меня опозорить. Но неугомонной девчонки уже нет в каюте. Отправляюсь на поиски и обнаруживаю ее на верхней палубе. Бесстыжая бестия, прикрыв глаза, нежится на шезлонге под мягким утренним солнцем. Разглядываю ее обмазанное маслом обнаженное тело, отливающее бронзой. Скольжу взглядом от тонких запястий перекрещенных и заведенных за голову рук вниз, к красивой груди, минуя абсолютно плоский животик, к заветному местечку. Но левая нога, чуть согнутая в колене, не дает мне шанса ничего увидеть.

– Анита, что за бесстыдство? – с трудом подавив накатившее от увиденного возбуждение, выдаю я.

– А что такое? – лениво спрашивает она, взглянув на меня из-под полуопущенных ресниц.

– Что такое?! – завожусь я. – Зачем ты выставила свои прелести на всеобщее обозрение?

– С пирса не видно.

– А с соседних яхт?

– Там никого нет.

– Прикройся. – Приближаюсь и, стянув с себя футболку, протягиваю ей.

Коварная девица хватается за край и резко дергает на себя. Я практически падаю на лежак, лишь в последний момент успевая выставить вперед руки, чтобы не обрушиться на нахалку всей массой. Она довольно хохочет и в тот же момент обвивает меня руками и ногами. Чувствую прикосновение ее разогретой на солнце кожи. Едва ощутимый аромат свежести, вечный спутник Аниты, смешавшись с запахом кокосового масла, сводит с ума. Мои шорты – единственное, что отделяет меня от нее, – летят на палубу, и, забыв обо всем, я ныряю в омут страсти.

А вынырнув, вижу мужчину, сидящего к нам лицом на палубе соседней яхты. Темные очки и газета в его руках не могут ввести меня в заблуждение. Я догадываюсь, на что он смотрит. Чертыхаясь, быстро натягиваю шорты на себя, а свою футболку – на Аниту и подталкиваю ее к каюте.

Весь оставшийся день я не выпускаю Аниту из комнаты. Она вроде и не возражает. Ведь тут в ее распоряжении плазма со спутниковыми каналами во всю стену, доставка еды по первому зову и королевское ложе со всегда готовым самцом на нем. Наконец-то мы никого не шокируем, а занимаемся сексом на своей постели, как я того и хотел. Почему же я чувствую, как будто мне чего-то не хватает?

Среди ночи вдруг просыпаюсь.

– Пойдем, – тянет меня куда-то Анита. Кажется, она только и ждала моего пробуждения.

Еще до конца не очнувшись, бреду следом.

– Куда? Надо одеться, – остановившись, бормочу я, осознав, что мы в чем мать родила.

– Все спят, а мы тихонечко, – шепчет Анита, продолжая тянуть меня куда-то.

Мне не хочется сопротивляться. Чувствую, как поднимается уровень адреналина, а вместе с ним и кое-что другое.

Анита подводит меня к бассейну, и я покорно лезу туда вслед за ней. Над нами подрагивают бледные предрассветные звезды, и в непривычной для марины тишине слышен плеск воды, бьющейся о борт яхты.

Анита льнет ко мне с очевидным желанием.

– Ты с ума сошла? – шиплю на нее я, пытаясь быть разумным.

– Никого нет, слишком рано, да и в этой темноте нас никто не разглядит, – жарко шепчет она мне в ухо, и я рад принять ее доводы.