Конечно, заехала ему по наглым бубенцам, когда он вознамерился распускать руки, а после этого ещё и в столовой облила его кофе, да и в придачу залепила пощечину. Нет, а что он хотел? Думал, я стоять буду просто так, и позволять меня унижать?

Оставшееся время я сумела выдержать. И даже смогла сделать конспект. И ничего страшного, что сути занятия не уловила, дома заново всё перечитаю и запомню.

Дома… Чёрт! У меня и дома-то как такого нет теперь. Пока что я обитаю в пространстве, куда меня насильно запихнули. И даже присутствие моей мамы рядом меня никак не успокаивает. Хочется капризничать… Боже.

Как только звенит звонок, что означает окончание лекции, я сразу же подрываюсь, быстро запихивая свои вещи в рюкзак. Надеясь в этот момент только на то, что успею выйти из аудитории раньше Ашера. Но когда я разворачиваюсь и намереваюсь проскользнуть к выходу, передо мной появляется наглая и высокая груда грёбаных мышц.

Приходится задрать голову, чтобы посмотреть в самодовольное лицо Ашера Коэна. А оно у него очень надменное и самоуверенное. И взгляд, кричащий о том, что нужно тут же упасть ему в ноги и кланяться. Ага, как же…

Наши глаза встречаются в безмолвной борьбе. Всего на несколько секунд. Но насколько же они для меня были долгими. Пришлось моргнуть и отступить на шаг, чтобы быть подальше от его адской энергетики, что душит меня и истязает ментально.

Ашер лениво скользит по моему лицу пронизывающим взглядом. Его глаза задерживаются на моём лице чуть дольше, чем я хотела бы, а потом уголок губ приподнимается в едва заметной, но до раздражения самодовольной усмешке.

Я вся внутренне сжимаюсь, чувствуя, как во мне вспыхивает обжигающая злость. Вокруг нас толпа людей и это придаёт уверенности. Ашер не посмеет ничего сделать. Да и я вообще, не дала ему ни малейшего повода для этого. Или может, его королевская задница сочла, что мой взгляд был недостаточно покорным или испуганным? Что я посмела смотреть на него не так, как он этого хочет?

— Идёшь? — раздаётся позади него небрежный голос его дружка, нарушая это напряжённое молчание.

— Ага, — коротко бросает Ашер, не меняя выражения лица. Расплывается ещё больше в своей усмешке, показывая два белых клыка.

Он разворачивается с той же неторопливой походной, я бы даже сказала вальяжной. С такой, наверное, ходят люди, уверенные, что мир вращается вокруг них. И он явно никуда не спешит, в отличие от других людей.

Стоило ему скрыться за порогом аудитории, я наконец‑то громко, и с таким облегчением выдохнула, что аж жить захотелось. Только сейчас осознала, что всё это время невольно задерживала дыхание, скованная напряжением присутствия грёбаного Коэна.

Как же он одновременно пугает и бесит! Разве такое возможно? Испытывать два противоречивых чувства к одному человеку? Ой, какой он человек? Грёбаное животное! Его лицо такое наглое и самоуверенное, что хочется взять что-нибудь тяжёлое и треснуть, как следует! Ну, скажем так, слегка скорректировать его идеальную внешность.

А ведь я уже успела подумать, что Ашеру снова взбрело что‑то в голову. Что он, как в прошлые разы, снова попытается напугать или унизить. Но, видимо, на этот раз обошлось. Хотя кто знает, что у этого хищника на уме… Теперь буду знать, что лекцию по психологии стоит посещать очень осторожно и занимать первые места, и чтобы никакое чудовище не успело занять место за моей спиной.

К моему удивлению, учебные занятия прошли спокойно. Я с облегчением заметила, что почти не ощущаю на себе пристальных взглядов студентов, даже дышать стало спокойнее.

Похоже, студенты стали понемногу забывать о неприятном инциденте, произошедшем с Ашером в столовой. Разумеется, находились отдельные личности, которые упорно пытались раздуть из случившегося сенсацию. К тому же в студенческих чатах по‑прежнему время от времени всплывало видео, на которых были видны, как я врезалась в Ашера прямо у входа в университет, а затем и ту самую пощёчину, которую я отвесила ему на глазах у всех присутствующих в столовой. Но как видно, народ успел потерять к моей персоне интересно, и это не могло меня не радовать.

Да и интересы студенческой аудитории переключились на совершенно другую тему, которая теперь бурно обсуждалась в чатах. Новым объектом всеобщего внимания стали так называемые «сладкие фотографии мистера Джерома Бридмана». О да-а-а. И я соглашусь с этим заголовком.

Какой-то студент основал целый фан‑клуб и принялся активно распространять снимки нашего преподавателя по экономике в тех студенческих чатах, куда доступ преподавателям был закрыт.