Его взгляд столкнулся со мной, как рука на моей шее, сжимая и поднимая, пока я не почувствовала, что потеряла равновесие и не могу дышать.

— Видел тебя на парковке «Первого света» с бархатными, мать твою, бантами в волосах, смотрящей на меня так, будто я твой спаситель. Видел тебя пьяной в стельку возле дома девушки Новы, Лайлы, выглядящей так, будто я выдумал ее, даже вонючую, как ты. Видел тебя снова в этом клубе, почти ни в чем, очаровывающую всех вокруг, с ореолом добра в твоих золотых волосах… Девочка, я говорил тебе, я видел все это. Но до тебя я не знал, стоит ли все это того.

Он закрыл щелку между нами, затем провел рукой по моей груди, по тому месту, где под рубашкой покоился наш общий шрам.

— Мне нужно было убедиться, что ты не против этого, монстра в реальной жизни. Теперь я знаю, ты должна знать. Я был серьезно настроен не отпускать тебя. И под этим я имею в виду, блять, никогда.

Я обвила руками его спину и прижала его к себе, облегчение и любовь так ярко пылали в моей груди, что обжигали.

— Первые семнадцать лет своей жизни я постила. Я сохранила свое тело чистым, а дух — непорочным. Теперь я хочу пировать как обжора, намазывать похоть на тост на завтрак, стрелять насилием и глотать жадность. И я хочу, чтобы ты научил меня, грешник, потому что ты единственный человек для этой работы, — сказала я ему.

Его рабочие руки терзали чувствительную кожу моей шеи, когда он пробирался вверх по моему горлу, чтобы взять мое лицо в свои широкие ладони. Мое дыхание перехватило в горле, когда я подумала, не наступит ли наконец тот момент, когда он меня поцелует. Будет ли это поцелуй, которого я так или иначе ждала с тех пор, как мне было семь лет.

Его большой палец провел по моей челюсти, затем вверх, чтобы оттянуть вниз мою полную нижнюю губу. Мой язык высунулся, чтобы попробовать соль моего секса на его пальце, а его глаза вспыхнули, как неоновые огни. Я задохнулась, когда он опустился ниже и провел языком по внутренней стороне моей надутой губы, затем застонал в груди, как зверь после первого глотка крови, и прижался своим ртом к моему.

Его вкус напоминал виски и дым, горячий и греховный на моем языке, и я знала, что если у нечестия и есть вкус, то это он. Я застонала, когда он наклонил мою голову и погрузился глубже, его язык был как горячий шелк в моем рту, а его борода грубо прижималась к моим щекам. Я погрузила пальцы в его мягкую спутанную гриву и бездумно прижалась к нему, потому что никакие мечты и надежды маленькой девочки не могли подготовить меня к тому, что рот Зевса окажется на моей груди.

Когда он отстранился, он провел большим пальцем по моим губам, покрытым синяками от поцелуев, его глаза были благоговейными и темными от желания, которое не может понять девственница. Я задрожала, когда он согнул колени так, что мы оказались на уровне глаз, и сказал:

— Добро пожаловать на темную сторону, малышка Лу

Луиза

Уотерфордского фарфора не было.

Я вошла в свой четырехэтажный особняк на углу Тутовой ул. и Сосновой ул. и через открытую дверь через фойе с мраморным полом сразу заметил обстановку. Комната была усеяна изломанными золотыми осколками света от низко висящей шестиярусной люстры над официальным обеденным столом, а из системы объемного звучания доносились тихие звуки Бетховена.

Черт.

Я устала до мозга костей после бессонной ночи, проведенной в мечтах о том, как Зевс прикасался ко мне, и о невозможностях, которые встали перед нами теперь, когда мы собирались быть вместе. За этим последовало тяжелое утро с Сэмми, который устроил скандал из-за того, что его измученная мама забыла купить достаточно его любимого липкого пудинга, и вместо него на завтрак было мороженое. Кажется, что это небольшая разница, но для ребенка с аутизмом рутина может значить все, и хотя я пыталась исправить его утро, бедный Сэмми был совершенно выбит из колеи, и даже присутствие Муте не принесло ему душевного спокойствия. Когда я уезжала, я была удивлен, но тронута тем, что Мут предложил остаться с Сэмми и его матерью-одиночкой Марджи, которая практически расплакалась от предложения помощи, даже несмотря на то, что оно исходило от байкера.

В довершение всего, несмотря на то, что я написала ему сообщение, Зевс не выходил на связь весь день.

Итак, я слишком устала для того, что, как я знала, означает «Уотерфорд Чайна».

Компания. Такую, на которую мои родители хотели произвести впечатление.