— Мммм. — свисток на заднем плане подозрительно напоминал звук кипящего чайника. — Послушай, дорогая, у меня не так много времени между сценами, я просто хотела позвонить, чтобы уточнить как дела на курорте.

Я устало вздохнула, забравшись в теплый салон машины.

— Ты бы не стала мне врать, не так ли, Би?

— Нет. — Ее вздох повторил мой собственный. — Может быть. Мне просто нужно было немного отдохнуть от фанатов.

— Не позволяй всей этой славе вскружить тебе голову, — Я откинула голову на липкую кожу и дала водителю указания, как добраться до курорта. — Я скучаю по Бренне Бьюкенен, фигуристой неудачнице, а не по Гламазонке на красных дорожках в платьях от кутюр.

Она издала жужжащий звук.

— Это справедливо, дорогая, и для тебя я всегда буду той девушкой. Но признаться, я люблю высокую моду.

Я закатила глаза и рассмеялась второй раз за несколько недель.

— Я бы хотела, чтобы ты была со мной.

— Я знаю. — её голос смягчился и превратился в мелодию. — Как ты держишься?

— Отлично, — пробормотала я, когда такси пролетело мимо ярко раскрашенных низких зданий и старых грузовиков, отстающих под тяжестью обломков в облупившихся кабинах. — Я счастлива, что у меня есть время рисовать.

— Тебе будет полезно расслабиться, — согласилась она, прежде чем на заднем плане разразилась какофония падающего металла. — Слушай, мне пора идти. Но не беспокойся ни о чем. Я владею ситуацией здесь и все организовала с курортом от своего имени. Просто расслабься, выпей текилы и найди мужчину, который заставит биться твое сердце.

Я криво улыбнулась, вспомнив о красивом французе, которого встретила в самолете. Моё сердце забилось сильнее, когда я увидела эти электрические глаза.

— Так и сделаю. Береги себя и свои платья.

Она засмеялась и отправила мне поцелуй через телефон, и я держала его ещё минуту около уха, после того, как она повесила трубку. Бренна последние три года жила в Париже со своим мужем Франклином Робинсоном, богатым британцем, имеющим бизнес во Франции. Она взяла меня под свое крыло, как только я приехала, и она была первой, к кому я обратилась, когда Кристофер появился в Париже, чтобы разрушить мою жизнь.

Мы подъехали к отелю Westin Resort and Spa в Лос — Кабосе, и я была поражена размерами курорта. Многоэтажное мандариновое здание раскинулось на огромной территории, усеянной пальмами и густым зеленым кустарником. Женщины в дорогих украшениях и маленьких купальниках бродили по отелю и выходили из него, а группа мужчин в изысканно скроенных костюмах вышла из огромного черного внедорожника впереди меня.

— Бренна, — пробормотала я, когда посыльный с улыбкой принял мой багаж.

— Ах, Бренна Бьюкенен. — Мужчина за большим мраморным столом тепло улыбнулся мне. — Мистер Робинсон присоединится к вам позже?

Я покраснела при упоминании о ее красивом муже.

— Нет, я здесь одна.

Он нахмурился, и его пальцы зловеще застучали по клавиатуре.

— Мы забронировали для вас номер повышенной комфортности с пакетом услуг для пар. Боюсь, это не подлежит возврату.

— Конечно. — Я мило улыбнулась.

— Я полностью понимаю. Спасибо. — Он оживленно кивнул и распечатал необходимые документы, протягивая мне карточки. — Ключи, — подмигнул он. — Я уверен, что вы найдете с кем поделитесь этим, до конца недели.

Я слегка рассмеялась.

— Я так не думаю. Хорошего дня, Сеньор. — Несмотря на мое отрицание, шелковистый голос француза не покидал мои мысли, пока быстрый лифт нес меня на двенадцатый этаж. Он был настолько совершенен, что я усомнилась в реальности того, что произошло между нами.

Хотя это было к лучшему. Я была в Мексике, чтобы расслабиться перед неизбежным волнением от воссоединения с моей семьёй. Одна только мысль о том, чтобы увидеть их снова, заставила мое сердце биться чаще, и я была рада открыть дверь в свою комнату и обнаружить, что кондиционер включен, а вентилятор работает. Это было прекрасное помещение с большими французскими дверями, ведущими в небольшой внутренний дворик с видом на пляж, а интерьер перекликался с мягкими цветами моря. Я с нетерпением ждала, пока посыльный оставит мои вещи, а затем с визгом, как девочка — подросток, прыгнула на кровать, застеленную ярким бельем.