– Это успокаивает. – Я положила руку ему на грудь, пытаясь отстраниться, и Брок убрал ладонь с талии, но не отпустил меня с колен. – Это сумасшествие.

– Сумасшествие бывает и хорошим, – слегка улыбнувшись, ответил он.

– Или может перерасти в безумие и закончиться очень плохо, – возразила я, пытаясь прислушиваться к здравому смыслу. – Мы не можем окунуться в это.

– Почему нет?

Он положил вторую руку мне на колено, от прикосновения я дернулась.

Мне казалось, что это не нуждалось в объяснениях.

– Мы работаем вместе, Брок. Если решим начать встречаться, а потом все полетит к чертям, придется и дальше работать вместе. Я не могу подвести папу, – сказала я. – Не могу подвести себя.

– Почему ты думаешь, что все полетит к чертям? – В его голосе слышалось искреннее удивление. – Думаешь, я сидел бы здесь, если бы считал, что могу сделать тебе больно?

Я уставилась на него, изо всех сил желая поверить, что он не причинит мне такую же боль, которую сама позволила причинить раньше.

– Почему? – спросила я. – Почему сейчас, через столько лет?

– Просто все изменилось. Сам не знаю, когда это произошло, – сказал он грубым, как наждачная бумага, голосом. – Может, в тот вечер, когда я увидел тебя в ресторане. Или в первый рабочий день, когда ты высказала свое отношение ко мне. Это была не та Джилли, которую я знал, что отправило меня прямиком в ад. Стало охренительно жарко. Или тогда, когда ты обняла меня после делового ужина. Это сделала та, знакомая мне Джилли, но не ее я ощущал в своих руках.

У меня не получалось связно мыслить, и я едва могла дышать. Его слова обволокли тело. Брок закрыл глаза и провел рукой вверх от бедра, по животу и груди. Пальцы задели ноющий сосок, и с моих губ сорвался стон. Он не останавливался, пока ладонь не обхватила мою шею, а большой палец не уперся в дико пульсирующую вену.

– А может, это случилось еще до того, как мы снова встретились, – сказал он так, словно разговаривал сам с собой. Я совершенно не понимала, почему. Брок открыл глаза, которые засияли, как чистый обсидиан. – Возможно, это случилось, когда я увидел тебя расслабленной и смеющейся во время ужина с твоими друзьями. Или когда ты заснула рядом со мной. Черт, та ночь точно на многое повлияла.

Я всматривалась в его напряженные, обострившиеся черты лица.

– Это могло случиться в одно из перечисленных мгновений или в какое-то другое. Но в то утро, когда я проснулся и увидел, что ты прячешься в ванной, я понял, что хочу тебя. Не было и дня, чтобы я не думал о тебе, Джиллиан. Следовало сказать еще в первый вечер, когда мы встретились.

Воздух застыл в легких.

– Мне всегда было интересно, что ты делаешь и как твои дела. – Мы встретились взглядами, и я заметила, как потемнели его глаза. – Гадал, не нашла ли ты кого-то. И постоянно спрашивал о тебе.

– Что? – выдохнула я.

– Твоя мама рассказывала о тебе. Ты не знала?

Не знала. В груди вспыхнул гнев. Мама не должна была обсуждать меня с Броком, тем более тайком.

– Я знал, что ты бросила колледж. Знал, что устроилась на работу в страховую компанию, – объяснил он. Услышав это, я резко вдохнула. – Знал, что ты начала встречаться с каким-то парнем. И что ты не знакомила его с родителями. Тогда я понял, что ваши отношения не серьезные.

Черт побери.

От удивления гнев стих.

– Почему она ничего не говорила мне?

– Я попросил. Был уверен, что ты будешь против. Во время последнего разговора ты ясно дала понять, что не желаешь, чтобы я присутствовал в твоей жизни.

Мучительное сожаление расцвело в груди. Последние праздники, которые мы провели с ним и моей семьей.

– Ты привел в дом ее.

Наверное, этим Брок ранил меня больше всего. Девушка, с которой он флиртовал, на которую променял меня. Это было не знакомство на одну ночь, о котором Брок забывал на следующее утро. Девушка, с которой он решил связать жизнь и наконец-то остепениться. Он сделал ей предложение.

Брок слегка повернул голову, как будто не мог больше смотреть мне в глаза.

– Я не подумал об этом.

К горлу подкатил ком, когда я вспомнила события того вечера. Было первое Рождество после случившегося со мной, и родители пригласили Брока на ужин. Но он пришел не один. Примерно через четыре месяца после того, как разбил мне сердце, а моя жизнь перевернулась, он привел Кристен на наш семейный ужин, и я сорвалась.

Лицо все еще собирали по частям, а психическое состояние было далеко от идеального, но я все же решилась спуститься и провести вечер с семьей. До сих пор помнила все так, словно это произошло вчера.

Я пробралась в большую столовую и обвела ее скучающим взглядом, но наткнулась на Брока. Он смотрел на дверь, и на мгновение показалось, что он ждал меня, искал среди родственников. Несмотря на то что он нанес сокрушительный удар по моим чувствам в тот вечер в баре «У Моны», пока я приходила в себя, крошечные ростки надежды пробились вновь, согретые его редкими визитами.