Я замолчал. "О чем, черт возьми, ты говоришь?"

"Со временем ты поймешь". Она поднялась. "Если моя дочь действительно любит тебя, это причинит мне боль, в которую ты вряд ли когда-нибудь поверишь". Она слегка повернула голову. "Каллум?"

Золотой Рев обошел голову Джалары, стараясь не задеть ее.

Мой взгляд метнулся к нему. "Я не знаю тебя, но я собираюсь убить и тебя, так или иначе. Просто решил, что должен сообщить тебе об этом".

Он заколебался, его голова склонилась набок. "Если бы ты только знал, сколько раз я это слышал", - сказал он с легкой улыбкой, вынимая из ремня на груди тонкий клинок из камня теней. "Но ты первый, кто, как мне кажется, может преуспеть".

Рев рванулся вперед, и мой мир взорвался болью.

ГЛАВА 2

Поппи

Пробираясь сквозь дебри сосен за стенами города Массене, я заметила серебристо-белого волка, вышагивающего впереди.

Арден держался ниже густых кустов, загромождавших лесную подстилку, и бесшумно двигался, приближаясь к краю Сосновых земель. Длинная и широкая область болотистых лесов граничила с Массеной и Дубовым Амблером и простиралась до самого побережья королевства Солис.

Земля была полна насекомых, пахнущих гнилью и питающихся с любого видимого участка кожи с голодом кравена. Если долго и упорно искать, то можно было найти тварей, ползающих по мшистой земле. А на деревьях виднелись грубые круги из палок или костей, смутно напоминающие королевский герб Кровавой Короны, только линия была наклонной - диагональной - и пронзала центр круга.

Массене располагался на территории, известной как территория клана Мертвых Костей.

Мы не видели никаких признаков таинственной группы людей, которые когда-то жили там, где сейчас находится Кровавый лес, и, очевидно, предпочитали питаться плотью всего живого - включая смертных и волков, - но это не означало, что их там не было. С того момента, как мы вошли в Сосновые земли, казалось, что за нами следят сотни пар глаз.

По всем этим причинам я не любила Сосновые земли. Хотя я не была уверена, что мне больше всего не нравится - каннибалы или змеи.

Но если бы мы хотели захватить Дубовый Амблер, крупнейший портовый город на востоке, нам пришлось бы сначала взять Массене. И сделать это придется только с вольвенами и небольшим батальоном. Они прибыли раньше больших армий, возглавляемых... его отцом, бывшим королем Атлантии Валином Да'Ниром. Все дракены, кроме одного, путешествовали с этими армиями. Но я не вызывала дракенов, пробуждая их от дремоты, только для того, чтобы они сжигали города и людей.

Генерал Айлард, возглавлявший недавно прибывший батальон, был очень недоволен, узнав об этом и о наших планах на Массене. Но я была королевой, и две вещи были первостепенными для всех.

Освободить нашего короля.

И не развязывать войну, как раньше, разрушая жизни и оставляя города не более чем местами массовых захоронений. Это было не то, чего бы он хотел. Это было не то, чего хотела я.

Массене был больше Нью-Хейвена и Вайтбриджа, но меньше Дубового Амблера - и не так хорошо охранялся, как портовый город. Но они не были беспомощны.

Тем не менее, мы не могли больше ждать прибытия Валина и других генералов. Вознесенные, жившие за этими стенами, уводили смертных в леса, питались ими и оставляли их там. Нападения кравенов становились все более частыми, и каждая группа была больше предыдущей. Хуже того, по словам наших разведчиков, днем город затихал. Но ночью...

раздавались крики.

За день до этого они убили трех наших волков, патрулировавших эти леса, оставив только их головы на шипах на границе Помпеи. Я знала их имена - и никогда их не забуду.

Роальд. Криг. Кайли.

И я больше не могла ждать.

Двадцать три дня прошло с тех пор, как он отдал себя в руки монстра, который заставил его чувствовать себя вещью. С тех пор, как я видела его в последний раз. Видела, как загорелись его золотые глаза. Наблюдала, как ямочка образовалась сначала на правой щеке, потом на левой. Чувствовала прикосновение его плоти к моей или слышала его голос. Двадцать три дня.

Доспехи на моей груди и плечах напряглись, когда я наклонилась вперед на Сетти, привлекая внимание Нэйлла - атлантиец скакал слева от меня. Я крепко держала поводья боевого коня, как... он учил меня. Я открыла свои чувства, соединяясь с Арденом.

Терпкий, почти горький вкус наполнил мой рот. Злость. И что-то кислое - ярость.

"Что это?"

"Я не уверена". Я посмотрела направо. На бежево-коричневых чертах лица Киерана Конту, когда-то связанного вольвена, а теперь советника короны, собрались тени. "Но он расстроен".