Пейдж начала двигать бёдрами назад и вперёд, и я осторожно прикусил её губу. Я отступил назад, заставив себя разорвать поцелуй, но положил руки на её талию, держа её прямо там, где она была, следя за тем, чтобы она продолжала делать то, что делала на мне.

— Я думаю, что любил тебя, прежде чем даже узнал, что это такое, — пробормотал я и опустил взгляд к её губам. Я пробежался языком по верхней, а затем и по нижней. Она застонала, и я не мог не поцеловать её снова. И когда она особенно сильно надавила на меня и испустила громкий стон, мой контроль испарился.

Я почти разорвал её рубашку, обнажив бюстгальтер, который едва держал её большую грудь. Во рту мгновенно пересохло, а мой член запульсировал при виде её сливочной плоти, поднимающейся и опускающейся в кружеве.

— Христос. — Я поднял свой взгляд и посмотрел ей в лицо. — Сними это для меня. — Я не понимал, насколько грубым или хриплым был мой голос, пока слова не соскользнули с языка. Но она сделала то, что я сказал сразу, и тогда её большие, идеальные, увенчанные розовыми сосками, груди оказались полностью открыты моему взгляду.

Я медленно выдохнул.

— Мне нужно помнить и продвигаться медленно, не спешить и сделать это нежно для тебя. — Я не собирался говорить это громко, но вышло именно так.

— Может быть, я хочу не этого.

О, чёрт!

Да, она сказала это. И это было похоже на размахивание куском стейка перед голодным зверем.

И я собираюсь пожирать её.

То, каким собственническим взглядом Эрик смотрел на меня, было безумно. Он смотрел так, словно хотел меня всеми возможными способами… а затем и невозможными.

Я не отрицаю, что нервничала, от того, что впервые займусь сексом с парнем, которого я хотела почти всю жизнь, я чувствовала себя натянутой струной, которая грозит вот-вот порваться.

— Я так… хочу тебя. — Слова вырвались из меня сами. Прошла лишь секунда, а затем Эрик встал с дивана со мною на руках. Я быстро обняла его за шею и крепче обвила ногами талию. Я чувствовала его эрекцию прямо напротив самой чувствительной части моего тела. Чёрт, я была мокрой, на самом деле, насквозь промокшей. Мои трусики были пропитаны, а материал тёрся о мои чувствительные складки.

Он издал низкий звук, который шёл глубоко из груди, когда повёл нас назад, его губы оказались на моём горле, его зубы и язык ощущались там восхитительно. Я чувствовала, как его эрекция упирается в мой живот: огромный, толстый стержень, для которого моя киска была очень влажной, готовой почувствовать растяжение и жжение, которые я знала, он подарит, и я была в нескольких секундах от того, чтобы умолять его об этом. Я почувствовала, что мы упёрлись в стену, и мне понравилось то, как он вжал своё большое твёрдое тело в моё.

— Я хочу, чтобы ты показала мне, где ты хочешь, чтобы я касался тебя, — сказал он грубым ворчанием. Мурашки поползли по всему моему телу. — Ну же, детка. Покажи мне, дай мне посмотреть, где тебе нужны мои руки, рот и член. — Он сказал последнее слово с гортанным стоном, а затем толкнулся своим членом сильнее в мой живот.

— Я хочу тебя повсюду, — сказала я вместо того, чтобы показать ему, но, похоже, это не беспокоило его. На самом деле, низкий звук, который он издал, сказал мне, что ему понравилось услышанное, что всё в порядке.

— Возможно, я должен продвигаться медленно, легко. Может быть, я должен продлить это. — Его голос показал, что он дразнит меня, но я не желала участвовать в этой эротической пытке. Это было не тем, что я хотела, я чувствовала, что всё моё тело может воспламениться в любую секунду, просто сгореть дотла, и останется лишь кучка пепла.

— Я не хочу этого. Я просто хочу, чтобы ты… — Что? Трахнул меня.

— Я знаю, чего ты хочешь, что тебе нужно, — сказал он мне в горло, его губы двигались, когда он говорил, его тёплое дыхание овевало мою чувствительную кожу. — Я собираюсь дать всё это тебе, и даже больше того, с чем любой из нас может справиться. И это будет чертовски безупречно. — Он провёл языком по изгибу моей шеи, но к моему разочарованию отстранился. Я остро ощутила холодный воздух, когда он больше не прижимался ко мне, и моё тело покрылось мурашками.

Я не могла удержаться и осмотрела его с ног до головы. Такой большой. Такой высокий. Каждая его часть буквально кричала о том, что он был мужчиной во всём. Контуры его эрекции, прижимавшейся к его джинсам, были впечатляющими, даже немного пугающими.

— Разденься для меня. Покажи мне, что нужно сделать, Пейдж.

Дрожь охватила меня, крепко схватила и отказалась отпустить. Я потянулась к кнопке и застёжке-молнии на своих джинсах, и как только расстегнула их, спустила джинсы по бёдрам, захватывая вместе с ними и трусики. Я нервничала от того, что буду голой перед ним, но будь я проклята, я также упивалась этим.

— Когда я окажусь в тебе, возьму твою девственность и отдам тебе свою, я сделаю это в постели. Я не собираюсь брать тебя у стены, даже, если сейчас это звучит чертовски горячо.