Я мысленно пытаюсь понять смысл её криков. Это она убила волка Романа, но она сделала это потому, что…

— Демону-волку было суждено убить тебя, — говорю я. — И ты подумала, что это он.

— Как только я услышала о его существовании, я стала искать способы уничтожить его. Только волку-демону с железом в крови суждено покончить со мной. Ты не была рождена среди Железных волков. Это не можешь быть ты, — рычит она. — Не ты!

Может, я и не происхожу от Железных волков, но что касается железа в моей крови… Я выковала его, преодолевая испытания, которые бросала мне жизнь.

Я медленно выдыхаю.

— Судьба странная штука.

Я позволяю своей челюсти двигаться, а зубам заостряться. А затем я всем своим существом борюсь с напором её магии. С каждым мгновением страха, которое я испытала с тех пор, как Кода вошёл в мою жизнь. С каждой минутой тепла и наслаждения с тех пор, как я встретила Романа. Каждую секунду моей жизни со своей стаей и сознанием того, что они выбрали меня, а я выбрала их.

Мои челюсти смыкаются на шее Кроны, и её кровь наполняет мой рот, настоящей кровью, несмотря на её внешность.

С диким рычанием я разрываю ей горло.

Глава 47

На секунду воцаряется тишина, а затем энергия в теле Кроны высвобождается. Взрыв поражает меня, отбрасывая назад, где я сталкиваюсь с Романом.

— Нова! — его сильные руки обхватывают меня, а крылья расправляются, защищая от взрыва энергии.

Я замечаю, что Дикарка и Жнец прячутся неподалеку и оберегают друг друга, хотя основной взрыв происходит там, где остаёмся мы с Романом.

Я обхватываю Романа ногами за талию, руками — за грудь и крепко прижимаюсь к нему, находясь в безопасности в тёмном коконе его крыльев, в то время как воздух вокруг нас наполняется разрушительной энергией Кроны.

Долго находясь в его объятиях, нас окутывает поток силы, а затем… Магия обрушивается на нас подобно дождю. Я слышу, как она падает на землю, словно крупные капли, и когда Роман слегка раскрывает крылья, я вижу, как магия впитывается в землю, пока не исчезает полностью.

Вокруг нас воцаряется тишина, и она почти такая же громкая, как во время магической бури. Я остаюсь в объятиях Романа, моя голова на его плече, его крылья нежно касаются моей спины.

— Моё сердце и душа, — бормочет он.

Я запрокидываю голову и целую его в подбородок, щеки, а затем в губы, остро осознавая, что я совершенно голая, и больше всего на свете хочу, чтобы он унёс меня отсюда, потому что…

Всё кончено.

Наконец-то всё кончено.

— Одеться, — шепчет он, касаясь поцелуем руны на моём запястье. Мои доспехи возвращаются на место за мгновение до того, как он расправляет крылья.

Все демоны наблюдают за нами, когда Роман поднимается и ставит меня на ноги. Я нахожу Коду, стоящего всего в нескольких шагах от меня, рядом с Дикаркой и Жнецом. Его руки скрещены на груди, но на лице медленно появляется улыбка.

— Ты сделала это, — бормочет он. — Ты, чёрт возьми, сделала это.

Энергетический шторм утих. Голодные души исчезли. Души продолжают тихо покидать тело Эсты, теперь уже быстрее, и её больше нет, как и Кроны.

— Мы сделали это, — говорю я.

В толпе нарастает ропот. Демоны поднимаются со своих мест, и некоторые из них начинают плакать от облегчения, в то время как другие просто сидят, обняв друг друга. Их голоса становятся громче, когда в зазубренном проходе сбоку стадиона появляется ещё одна группа.

Мой отец шагает впереди группы солдат, в том числе Тайруса, вместе по меньшей мере с пятьюдесятью другими демонами, которых я не узнаю. Все остальные демоны выглядят усталыми и измождёнными, как будто их морили голодом, и я могу только предположить, что они пришли прямо из тюрьмы.

Тайрус поддерживает двух старших демонов, обнимает их, и я думаю, они могли бы быть его родителями. Должно быть, мой отец освободил их.

Увидев обессилевших демонов, многие в толпе внезапно вскрикивают и перелезают через ограждение, прыгают на поле боя и бегут к демонам, плача, когда они обнимают друг друга.

Я никогда не думала, что увижу такое зрелище. Такое излияние неподдельной любви и счастья между демонами.

Мой отец быстрым шагом приближается к нам. Его глаза ярко-фиолетовые, а дымчато-серые локоны поднимаются с плеч и обрамляют руки. От его силы захватывает дух, и на мгновение я задумываюсь, не так ли выгляжу я, когда обуздываю свои кошмары.

У меня перехватывает дыхание, когда Джарет подхватывает меня и Коду на руки, каким-то образом умудряясь обнять нас обоих одновременно.

— Дети мои, — говорит он, прежде чем опустить нас обоих на землю. Затем он обращает внимание на Романа. — Старый друг.

Роман отвешивает официальный поклон.

— Мой король.

Джарет делает быстрый вдох.

— Нет, — бормочет он. — Больше нет.

Он поворачивается к Коде и мне.