На самом деле это не так. Как бы сексуально это ни было, когда он сзади меня, в том, что Роман вот так лежит сверху, есть что-то интимное. Его огромное тело прижимается к моему, когда он вонзается в меня своим членом и языком. Вкус его поцелуев усиливает удовольствие, и очень скоро я уже вцепляюсь ему в спину и выкрикиваю его имя, когда он присоединяется ко мне в очередном умопомрачительном оргазме.

Чувствуя себя полностью удовлетворённой, я наслаждаюсь его весом, когда он тоже расслабляется. Он слишком тяжёлый, чтобы долго оставаться на мне, но мне даже не нужно упоминать об этом, так как Роман подстраивается под мои потребности и приспосабливается за считанные секунды. Несмотря на это, я держусь за него так долго, как только могу.

Из его груди вырывается тихий смех.

— Я раздавлю тебя, моя пара.

Пара.

Это слово такое же интимное, как любовь для оборотня, и поскольку у нас с Романом общие души оборотней, всё моё тело вибрирует от всей эмоциональной значимости этого единственного выражения.

— Я справлюсь с этим, — удаётся мне ответить, хотя мой голос звучит запыхавшимся и удивлённым.

Это заставляет Романа улыбнуться.

— Я начинаю понимать, что пара — твой язык любви, Нова Мэдден.

Я поджимаю губы — я не из тех, кто плачет, но Роман определённо пробуждает во мне более глубокие эмоции и подвергает меня опасности расплакаться от счастья.

— У меня самая потрясающая стая с моими сёстрами и демонами-волками, но мысль об истинной паре… — мой голос слегка срывается. — Я никогда не считала это возможным. Это мечта, которую я не могла себе позволить.

Роман прижимает меня к себе, крепко прижимает, покрывая поцелуями мой лоб, щеки и подбородок, которые одновременно успокаивают и дразнят меня.

— У демонов тоже есть пары, — напоминает он мне низким голосом. — Когда энергия демона соединяется с энергией другого, они могут делиться силой и могуществом. Я надеюсь, что однажды мы сможем создать пару — с обеих сторон. Волка и демона.

Тот факт, что Роман хочет поделиться со мной своей энергией и силой, значит для меня так же много, как и то, что он назвал меня парой. И то, что он думает об обеих сторонах моей — и своей — натуры, глубоко задевает меня.

Какая-то часть меня — болезненная часть — задаётся вопросом:… Если бы его волка не оторвали от него, стали бы мы уже истинной парой? Руководили бы им инстинкты, которые он утратил, когда у него забрали его волка, точно так же как они постоянно давили на меня, заставляя его установить со мной окончательную связь?

— Чёрт, — бормочу я в наступившей тишине, пытаясь сдержать жжение в глазах. Неважно, как это произойдёт, я очень хочу сблизиться с ним — больше, чем я думала, что это возможно. Я проглатываю комок в горле и пытаюсь найти правильные слова, чтобы рассказать ему о своих чувствах. — Для меня было бы честью разделить с тобой связь пары, Роман. Рун. Когда всё это закончится, и мы спасём наши семьи и наши миры, я присоединюсь к тебе в любых отношениях, которые ты захочешь.

Когда мы спасём их, повторяю я себе, заставляя себя поверить в это. Не если.

Его следующий поцелуй быстрый и страстный, и я забываю собственное имя, пока мы не выныриваем на свежий воздух.

— Напомни мне, почему нам нужно покинуть эту хижину, — наконец бормочу я, скользнув взглядом по его обнажённому телу. Ответы на мои собственные вопросы нахлынули сами собой, и я попыталась — безуспешно — оттолкнуть их, желая продлить эти моменты с Романом как можно дольше.

После более продолжительного, чем требовалось, принятия душа Роман одевает нас обоих — удобные джинсы и рубашки вместо доспехов, которые были на нас, — и мы готовы уходить.

Ну, может быть, не совсем готовы.

На несколько удивительных часов я могла бы забыть, зачем мы здесь, и о трудностях, которые ждут нас впереди. Такое чувство, что мы можем урвать лишь несколько мгновений, чтобы побыть вместе, но я молча обещаю себе, что однажды…

Скоро.

Мы будем вместе без угрозы сражений и смерти.

Глава 21

Яркий свет окутывает меня, когда мы выходим на крыльцо. Тепло наполняет мою душу, несмотря на то что часть моей силы ускользает от безжалостного солнечного света, заливающего поляну перед тремя хижинами.

Эйс и Руби встают со своих постов, охраняющих крыльцо, и бегут по отполированным доскам. Эйс останавливается ближе всех ко мне, и я опускаюсь до его уровня.

— Grinta, — тихо говорю я, протягивая руку и ожидая, что он ответит взаимностью. Он прижимается носом к моей ладони, прежде чем отстраниться, но даже этого небольшого соприкосновения достаточно, чтобы подтвердить нашу связь.

Руби остаётся на несколько шагов позади, наблюдая за мной своими ярко-красными глазами. Роман отходит в сторону, а я протягиваю руку и ей, давая возможность подойти. Я не упускаю из виду, как её внимание переключается на Эйса, прежде чем она решает остаться на месте.

Я принимаю её решение. Мы ещё не пришли к этому, и это нормально.