— Что, если Раф не чувствует того же? — Пробормотала я, озвучивая свои более глубокие страхи. — Что, если он все еще ждет, когда я сделаю выбор? Что, если он предпочтет свое королевство и свое будущее нам? Я не смогла бы винить его, если бы он это выбрал… Это такая огромная вещь, и ожидания, и…

Джордан прервал мою нисходящую спираль долгим поцелуем. Я почувствовала свой вкус на его губах, и возбуждение снова затопило меня, рассеивая все эти тревожные страхи.

— Поговори с ним, — настаивал Джордан, когда его губы оторвались от моих. — Я не могу говорить за него; это должен быть разговор между вами двумя. — Он сверкнул быстрой, дразнящей улыбкой. — Как бы тяжело это ни было для вас двоих, вам придется использовать свои слова и говорить о чувствах.

Я застонала. — Ты уверен, что вместо этого мы не можем просто выбить дерьмо друг из друга?

Джордан ухмыльнулся.

— Я имею в виду, ты конечно можешь это сделать. Я буду полностью болеть за тебя, красавица.

Я просияла, нежно целуя его в губы.

— Ты бы болел за меня, а не за своего лучшего друга? Вот это любовь, прямо здесь.

Он рассмеялся, заразительный, опьяняющий звук, который я хотела слышать всю оставшуюся жизнь.

— Я открою тебе секрет, Ви, — прошептал он, его лицо было полно озорства. — Я люблю Рафа, но я не влюблен в него. И я определенно не хочу переворачивать его на этот стол и трахать до тех пор, пока он не закричит.

Веселье и возбуждение боролись во мне, когда я представила именно этот сценарий. Правда, со мной, склонившейся над столом, потому что именно на это намекал Джордан.

— Нас бы точно поймали, — пробормотала я, даже когда жар затопил меня, и мои руки скользнули вниз по его рубашке. — Кому-то нужно будет использовать этот класс… — Мои пальцы нащупали его ремень, и почти бессознательно я начала вытаскивать кожу из пряжки.

Голоса из коридора донеслись до нас за мгновение до того, как дверь класса начала открываться, и мы поспешили поправить одежду, прежде чем наше компрометирующее положение могло быть замечено.

— О, черт возьми, спасибо, — выдохнул Джордан, когда я слезла со стола и одернула юбку. — Это всего лишь ты.

— Ты ожидал кого то другого? — Ответил Раф, его темный пристальный взгляд окинул нас обоих. Волосы Джордана были растрепаны, губы опухшие и розовые, пояс расстегнут. Я? Я не могла найти свои гребаные трусики.

Джордан непринужденно рассмеялся, снова застегивая ремень. Черт.

— Не знаю, учителя или что-то в этом роде. Как ты нас нашел?

Раф загадочно улыбнулся ему в ответ. — Интуиция. — Он наклонился и подобрал что-то с пола, затем с самодовольной ухмылкой поднял кусочек темно-синего атласа. — Что-то потеряла, Золушка?

Мои глаза вылезли из орбит. Да, к этому нужно было немного привыкнуть.

— Да, так и есть.

Я потянулась за своими трусиками, но Джордан оказался там первым и вырвал их из пальцев Рафа с рычанием. — Мои, — прежде чем засунуть их в карман и покинуть класс.

Шок заставил меня на секунду застыть, пытаясь понять, что, черт возьми, только что произошло. Неужели… неужели Раф и Джордан просто поменялись телами на секунду? Потому что это был чертовски собственнический поступок пещерного человека…

Темные глаза Рафа заблестели, когда он оглядел меня с ног до головы, его губы изогнулись в лукавой улыбке.

— И мои, — добавил он, хотя Джордан уже вышел из комнаты. Впрочем, это не имело значения. Это был его способ подтвердить для меня, что ему хорошо с нами. С нашей динамикой.

Мое сердце бешено забилось.

— Раф… — Мне нужно было с ним поболтать. Нам нужен тот же разговор, который только что был у нас с Джорданом, где мы обнажили наши сердца и подтвердили, что на самом деле мы на одной волне.

Он провел рукой по волосам.

— Нам нужно идти, — сказал он, когда мои слова затихли в тишине. Черт бы побрал мой багаж. — Будет достаточно неприятно сидеть с тобой сегодня днем на международной дипломатии, зная, что под этой юбкой на тебе ничего нет.

Протянув руку, он схватил меня за руку и переплел свои пальцы с моими, потянув меня за собой из класса.

— Но давай кое-что проясним, Золушка. — Его голос был низким и тихим, его губы касались моей макушки, пока мы шли. — Что бы Джордан ни сказал, что вызвало это выражение на твоем лице и в твоих глазах? Я тоже это чувствую. Все это.

Тьфу, успокой мое бьющееся сердце. Возможно, Раф не был таким дерьмовым в словах, как я предполагала.

Улыбаясь и полная любви, я наклонилась, чтобы поцеловать его. Разговоры могли подождать, потом когда будет меньше шансов, что нас застукают врасплох. И меньше одежды. Раф и я всегда лучше всего общались, когда ссорились или трахались, так почему наши признания в любви должны отличаться?

Просто. Они не должны.

Но теперь послеобеденные занятия превратятся в пытку ожидания.

Глава 22