К тому времени, как я несколько раз прошла между вторым и третьим уровнями, у меня заболели икры и руки, и я уже мысленно решила, что заслужила три коктейля, а также двойную порцию креветок. Имею в виду, это была пятница. Никто не садится на диету в пятницу.

Это будет моя работа в понедельник.

- Давай, Моргс, - позвала Лекси. - Нам нужно убираться отсюда в тот бар. Чесночные креветки зовут меня по имени.

- Встретимся снаружи через минуту, - крикнула я вниз, выглядывая с третьего этажа и видя ее, стоящую на мраморном полу бального зала внизу, с сумкой через плечо. - Мне осталось поставить на полку последнюю книгу. - Она помахала мне, давая понять, что услышала. Наши голоса были хорошо слышны в этом огромном здании, потому что все было открыто.

Продвигаясь дальше, я добралась до самой дальней секции третьего этажа, куда даже для входа требовался специальный ключ. У меня не было ключа, как и у Лекса, но там было небольшое окошко для возврата книг. Саймон следил за тем, чтобы они были правильно расставлены по полкам.

Не мне было задаваться вопросом, почему эта зона закрыта, поскольку я могла эффективно выполнять свою работу, не заходя в это пространство. В понедельник, когда я возвращалась, в ячейке не было книг. За все годы, что я здесь работала, их никогда не было.

Когда я отвернулась, низкий, хрипловатый женский голос, достаточно необычный, чтобы замедлить мои шаги, произнес:

- Спасибо, человек. - Развернувшись, я осмотрела зарешеченную дверь и маленькую щель посередине. Я наклонилась, чтобы заглянуть в щель. На другой стороне было темно, и вообще не было никаких признаков того, что там кто-то находился.

Какого черта?

Ладно, очевидно, темные углы и отчаянный голод заставили меня что-то услышать.

Пора убираться отсюда.

Глава 2

После этого чертовски странного инцидента я поймала себя на том, что иду к выходу быстрее, чем обычно, высматривая что-то неуместное. Как бы я ни наслаждалась своими свободными выходными, было тяжело оставлять книги на целых два дня без присмотра. Я бы никогда в этом не призналась, но когда я вошла в здание в понедельник, это было похоже на возвращение домой.

Однажды я забеспокоюсь о том, насколько я чувствую себя здесь собственницей, учитывая, что я зарабатывала чуть больше минимальной зарплаты и едва могла позволить себе квартиру, которую делила с Лекси. Ни за что на свете я никогда не стану владельцем такого места. Неважно, насколько сильно я любила его, как свое собственное.

Но девушка могла бы помечтать наяву... Может быть, заряд энергии, содержащийся в книгах, передастся мне, и я, наконец, выиграю в лотерею.

Спустившись на первый этаж, я направилась к служебному входу, прихватив сумку и пальто из шкафчиков сбоку. Отсюда я выключила свет во всей библиотеке, и, накинув толстое шерстяное пальто, чтобы защититься от декабрьского холода, вышла из здания, заперев за собой дверь.

Главный вход в здание находился с другой стороны, но, похоже, никто никогда не пользовался этими огромными двустворчатыми позолоченными дверями. Еще одна секция библиотеки оставалась неиспользуемой.

Когда я вышла на улицу, ветер подхватил локоны моих длинных золотисто-каштановых волос, бросая мне их в лицо, пока я не собрала их в пучок. Добравшись до черного, потрепанного джипа, который мы с Лекси тоже делили, я скользнула на пассажирское сиденье, радуясь, что у машины было отличное отопление. Потирая руки, я бросила последний взгляд на старое здание. Там не было окон, только эти две двери - маленький вход для сотрудников и огромные золотые ворота. Внешние стены имели форму стадиона, с башенками и резными изображениями батальных сцен на белом камне трехсотлетнего сооружения.

Я чуть не умерла, когда Саймон назвал мне возраст здания. Хотя мы изо всех сил старались сохранять наши здания в штате Мэн, из-за ненастной погоды многие исторические экспонаты превратились в руины. Но библиотека Драгерфилда была почти в первозданном состоянии. Это было нечто особенное, не поддающееся воспроизведению, и моя любовь к истории, вероятно, была половиной причины моей любви к своей работе.

- Заверши образ, детка, - с улыбкой сказала Лекси, переключая скорость джипа. - Знаю, ты скучаешь по этому месту в выходные.

Она знала меня лучше, чем большинство людей в мире, включая моих родителей. Их властный характер мешал свободно делиться с ними. Единственный способ выжить - держать их на расстоянии вытянутой руки, иначе они контролировали бы каждый аспект моей жизни. Это был болезненный урок, на усвоение которого у меня ушли годы. Скрытый нарциссизм моей мамы, Дайан Старрер, едва не стоил мне всех возможностей и дружбы в моей жизни.