Избегая входной двери, я прокралась вдоль западной стены коттеджа к окну спальни. Может, я и была полной дурой, что не держала при себе наличные, но я не была полностью лишена мозгов или логики. Если бы кто-то затаился в засаде, чтобы напасть на меня, успешно скрывшись от моих органов чувств, он бы ожидал, что я войду через парадную дверь. Я предвидела это с самого начала, и окно спальни было моим запасным вариантом. Оно всегда было не заперто и хорошо смазано для бесшумного побега.

Эта часть моего плана сработала идеально, стекло бесшумно скользнуло вверх, и я снова замерла, осторожнее, чем когда-либо в жизни. В комнате не было ни запахов, ни движения. Больше не было биения сердца и ощущения прилива энергии. Перебросив ногу через подоконник, я почти бесшумно вошла внутрь. У меня неплохо получалось выполнять эту скрытную миссию.

Моя сумка всегда оставалась собранной. В ней были наличные, кое-какая одежда, а также еда и вода. В мгновение ока я закинула ее на спину и выскользнула в открытое окно.

Черт возьми, да! Я мысленно поздравила себя, когда рванула в лес, не беспокоясь о том, что произведу шум. Похоже, они еще не нашли мою хижину, и, возможно, еще был шанс сбежать.

Может быть, именно в этот момент я совершила свою первую ошибку: понадеялась и потеряла бдительность. Думала, что я такая умная, что унесу с собой деньги и сумку. Уже планировала, куда отправлюсь дальше, чтобы никогда больше не видеть Худ-Ривер.

Но сегодня я была не единственной, кто мчался по лесу. Кто-то ждал меня, только не там, где я ожидала. Хижина была слишком заметна, и эти ублюдки внушили мне ложное чувство безопасности, хотя внутри никого не было.

Но не стоило обольщаться, они ждали меня, и теперь мне предстояло сражаться за свою жизнь.

7

Зная, что я скорее умру, чем снова попаду в лапы стаи Торма — а кто, черт возьми, еще будет преследовать меня? — Я не замедлила шаг. Если эти ублюдки доберутся до меня, то, вероятно, последние десять лет, проведенные с ними, покажутся мне страной чудес. Я не могла этого допустить. Если понадобится, я буду сражаться насмерть, потому что я не собиралась возвращаться в Торму.

Моя волчица завертелась внутри, пытаясь вырваться на свободу, и, несмотря на невозможность перекинуться до наступления полнолуния, мне казалось, что ей действительно удастся заставить меня измениться. Лицо болело, будто челюсть менялась, зубы менялись в соответствии с изменением.

— Меееррааа, — раздался насмешливый голос справа от меня. Слева к нему присоединился еще один, оба они были знакомыми и пугающими.

Торин и Джексон. Будущие альфа и бета.

Конечно, Виктор послал бы их за мной — чем лучше оборотень знает запах и энергетику человека, тем легче его выследить. Я выросла с этими ублюдками, и они сразу почувствовали мою энергию. Но почему? Честно говоря, я не ожидала, что их вообще будет волновать мое отсутствие, но, видимо, Виктор не был готов выпустить ни одного из своих волков. Даже тех, кого он ненавидел.

— Или Люси? — добавил Торин, и его смех стал громче, чем раньше.

Грег сказал, что в кафе обо мне спрашивала какая-то женщина, но, очевидно, эти двое тоже были там. Скорее всего, это была Сисили… Тупая сучка никогда никуда не ходила без альфы и беты. Я точно знала, что мой босс не стал бы разглашать мою личную информацию чувакам, но женщине — это другое дело. Грег был человеком старой закалки.

И из-за этого меня могли просто убить.

Я набрала скорость, но не было никакой возможности обогнать оборотней полностью. Особенно если они набросятся на меня с кулаками.

— Давай, Мера. Стая скучает по тебе, — добавил Торин, перестав смеяться. — Отцу не нравится, когда члены его стаи уходят, не попрощавшись. Ты же знаешь это.

По сути, он бежал бок о бок со мной, и, несмотря на то, что шансы были не в мою пользу, я схватила клинок, который всегда лежал в сумке, готовясь к бою.

Кто-то схватил меня сзади, и я сильно ударилась о землю, ощутив на спине тяжесть волка. Черт! Развернувшись, я пнула меньшего волка, понимая, что это, должно быть, самка.

Она, не колеблясь, бросилась в атаку, и мне захотелось закричать, когда ее когти и зубы вонзились в мою кожу. Взмахнув клинком, я разрезала мех и задумалась, что это за сучка. Сисили еще не оборачивалась…

Мой клинок скользнул по густому меху, защищавшему ее шкуру, и она вцепилась мне в горло, но я успела зажать ей рот рукой, чтобы остановить. Это стоило мне кожи на руке, но, в отличие от горла, это меня не убьет.

Волчица была темно-серого цвета — цвет шерсти часто определял цвет меха, и я понятия не имела, кто в стае серый. Она тоже была среднего роста, с глубокими карими глазами.

— Отстань от меня, — прорычала я, и с неведомой силой мне удалось отбросить ее назад, чтобы подняться на ноги.

Земля была залита кровью, и даже в темнеющем небе я могла сказать, что это не просто несколько царапин. Сучка наткнулась на что-то важное; на что-то, о чем стоило бы побеспокоиться завтра, если я еще буду жива, чтобы беспокоиться.