Симона вскочила на ноги, в глазах у нее загорелся огонь. Видно было, что она что-то обдумывала и, похоже, пришла к выводу, что пришла пора поделиться своими планами.

Склоняясь к моему уху, будто снова обнимала, она прошептала:

— Сегодня ночью будет секретная встреча стаи — только для исполнителей и верхушки. Думаю, она будет о тебе и обо всем, что случилось. Я не хотела говорить тебе, потому что боюсь, что ты ворвешься туда и погибнешь. Но нам обязательно нужно выяснить, что они задумали.

Я вцепилась в ее рубашку, держась за нее, как за спасательный круг.

— Да. Мне нужно попасть на эту встречу. Может, просто дашь мне координаты, а сама останься дома, в безопасности…

Она покачала головой, отстраняясь:

— Ни хрена подобного, сучка. Я буду рядом с тобой. Именно там, где и должна была быть, когда тебя утащили.

Я поморщилась:

— Ты что, не слышала, что Тень сделал с Альфой Виктором? Он абсолютно безжалостен, когда злится. Если бы ты встала у него на пути, ты бы просто… умерла. И если бы ты умерла из-за меня, я бы злилась так, что прошло бы две жизни, прежде чем я тебя простила.

В ее глазах засияли слезы, она покачала головой:

— Когда я поняла, что ты сбежала из Тормы прямо перед своим обращением, я винила только себя. Если бы я была поддержкой, какой должна была быть… с тобой.

Я сглотнула, чувствуя, как глаза жжет от слез:

— Прости, что ушла вот так, девочка. Особенно после того, как пообещала, что не уйду.

Она схватила меня за плечи и слегка встряхнула, ее голос был резким:

— Это не твоя вина. У меня было много времени подумать… ну, обо всем. Ты прошла через ад, а я ничего не сделала, чтобы помочь. Действительно ничего.

Это было далеко от правды. Ее любовь и поддержка спасали мне жизнь не раз. Но Симона заговорила раньше, чем я успела ответить:

— Когда тебя забрал Теневой Зверь, я поклялась, что если ты когда-нибудь вернешься ко мне, я больше никогда тебя не отпущу. Я не могу нарушить это обещание… пожалуйста, не заставляй меня.

Мы долго смотрели друг другу в глаза — целую вечность. И в конце концов я кивнула, увидев в ее взгляде ту же решимость, которую годами видела в собственной душе. В глубине души я понимала, принимать решение за нее — то же самое, что делал Тень со мной. Я не была ни сильнее, ни умнее Симоны, и раз уж она знала все риски, мне не стоило стоять у нее на пути.

— Ладно. Только учти, что с тех пор, как меня утащили отсюда, я чуть не умерла уже раз двадцать, — сказала я. — Если ты готова жить на грани смерти, я не стану мешать.

Симона фыркнула:

— Да мы справимся. Быть в Торме — это и так жить у самого порога ада.

Мы на секунду замолчали, а потом рассмеялись.

— Я буквально жила с дьяволом, — фыркнула я.

Симона ухмыльнулась.

— Я в курсе.

Мы обе снова рассмеялись, и я покачала головой от иронии всего прошлого года. Для оборотней Тень был и богом, и дьяволом, и зверем, и грешником, и святым. Полный набор инь и ян. Свет и тьма. Добро и зло. Я провела год в доме дьявола, и, если уж на то пошло, вышла из этого сильнее и независимее, чем когда-либо была здесь, под гнетом стаи.

— Мы их остановим, — сказала я с твердой уверенностью.

Лицо Симоны стало суровым, губы сжались, глаза сузились:

— Остановим. Мне нужно вернуться домой, проследить за родителями. Я отправлю тебе местоположение.

Я скорчила грустное лицо.

— У меня нет телефона.

Она улыбнулась.

— Я сохранила один из твоих старых. — Из кармана она вытащила мой телефон — полностью заряженный и в идеальном состоянии. Ну, насколько это возможно для старой развалюхи. — Я надеялась, что однажды ты позвонишь на свой номер, поэтому никогда не давала ему разрядиться.

У меня сжалось горло, и я снова крепко обняла ее.

— Я люблю тебя. Будь осторожна, следя за родителями. И сразу напиши мне, как только узнаешь, где будет встреча.

— Обязательно, — прошептала она, сжала меня в ответ, развернулась и исчезла.

Я сунула телефон в карман как раз в тот момент, когда ко мне вернулись Джексон и Торин — очевидно, они все это время были где-то неподалеку.

— Видишь? — сказал Торин, ухмыляясь.

Я сделала вид, что не поняла.

— Что именно?

Его улыбка померкла, в глазах скользнула тьма.

— Видишь, что я могу тебе предложить, если ты просто перестанешь со мной бороться? Ты не будешь пленницей рядом со мной. Ты станешь альфой среди альф. Моей парой.

Я слегка наклонила голову, будто мне было трудно осознать, что он только что сказал. По правде говоря, мне действительно было трудно поверить в его самодовольную тупость. К счастью, он не умел читать мысли.