— Спи, Солнышко, — сказал он мне, когда я в двадцатый раз ворочалась с боку на бок. — Завтра мы встретимся с королевской семьей.

Я закрыла глаза от его слов и подумала, не последняя ли это спокойная ночь в моей жизни. Мысль о том, что Тень собирается выступить против своей придурковатой сестры, у которой были тысячи лет, чтобы накопить силу, и которая, в первую очередь, разрушила его жизнь, была ужасающей и освобождающей одновременно.

— Как думаешь, она знает, что ты сейчас здесь? — сонно спросила я его, говоря тихо.

Он кивнул, слегка дернув подбородком.

— Нисколько в этом не сомневаюсь. Она будет готова, но и мы тоже.

Он был достаточно силен. Он уже не был тем молодым королем, которого выгнали столетия назад. Он уничтожит их, даже если это будет последнее, что он сделает в своей жизни, и я понятия не имела, что будет после этого.

— Как думаешь, я когда-нибудь узнаю, кто я такая? — спросила я, снова открывая глаза, несмотря на навалившуюся на меня усталость. — Может кто-то из твоей семьи знает?

Он пошевелился, и в слабом свете луны я не смогла разглядеть, какое у него было выражение лица. Возможно, задумчивое или… взволнованное.

— Моя сестра — первая, кого я должен уничтожить, но она не единственная в моей семье. Мне придется разобраться со всеми, чтобы выяснить, кто был причастен к предательству, но надеюсь, что кто-то останется в живых, когда все закончится. Если кто-то из них владеет хоть какой-то информацией, я найду ее.

Я была удовлетворена этим. Тень проделает тщательную работу, чтобы выяснить, кто я такая, и как я дошла до такой жизни, и когда я, наконец, получу ответы на свои вопросы… ну, я справлюсь с этим, как только это произойдет.

До того, как Тень украл меня из Тормы, я думала, что довольно хорошо разбираюсь в том, кто я такая. Оборотень; любитель книг; сломленная, но борющаяся за то, чтобы оставаться внутренне сильной; полна саркастических колкостей; поклонница старых боевиков и сентиментальных романов; любительница шлепанцев и обрезанных джинсовых шорт с непослушными волосами неопределенного цвета; хороший друг; а иногда и ужасный друг.

Так много граней меня, Меры Каллахан.

Все цвета моей радуги раскинулись передо мной — яркие и живые. И я приняла их, обняла все до одного. Но теперь сквозь них тянулась новая полоска полуночи — довольно иронично, учитывая, что я была связана с туманом по имени Миднайт. Я не понимала, откуда эта тьма просачивается в мои цвета, и не знала, как с этим справиться. Принять ее и сказать, что это теперь часть меня? Или бороться, чтобы тьма больше не просачивалась, не размывая полотно моего существа?

— Ты слишком много думаешь. — Тень прервал мои мысли, наклонившись вперед. — Что бы мы ни узнали о твоих новых способностях, это не изменит того, кто ты есть. Ты всегда была сама собой, просто кое-что из этого было скрыто. Как и твой волк. Ты никогда не менялась, но она всегда была рядом. Только потому, что ты знала о ее существовании, ты не испугалась, когда это случилось в первый раз.

Я кивнула, перевернулась на другой бок, обхватив себя руками как подушку, и уставилась в беззвездную мглу над головой.

— Хочешь сказать, что моя близость к твоему миру, к туманам и существам, всегда была частью меня? Я просто не осознавала этого, пока все не всплыло на поверхность?

— Да.

Что ж, хорошо. Это заставило меня немного меньше чувствовать, что внутри меня живет чужеродное существо, готовое в любой момент вырваться на свободу в стиле Чужого. Какой бы крутой ни была Рипли, у меня не было никакого желания прожить ее жизнь.

— Спасибо, — тихо сказала я. — Уверена, что ты не подписывался на то, чтобы поддерживать меня в здравом уме, когда у тебя и так дел по горло.

Он усмехнулся, и глубокий раскатистый смех наполнил ночь теплом.

— Кто сказал, что ты в своем уме?

Я рассмеялась тоже.

— Или вообще кто-либо из нас?

— Справедливо подмечено, волчонок. Справедливо подмечено.

После этого я слишком устала для дальнейшего разговора, поэтому позволила своим глазам закрыться, а сознанию уплыть прочь.

Глава 17

Как только мы пересекли границу Тринити, Тень помрачнел и, не тратя ни секунды на беседу, заставил нас ускорить шаг.

Его мрачное настроение совпало с присутствием охраны вокруг нас. Его сестра была параноиком, и казалось, что все деревни поблизости от ее резиденции были в состоянии повышенной боеготовности. Их стало так много, что около полудня мы обнаружили, что сидим, скорчившись за камнями, и смотрим на длинную шеренгу охранников и существ, полностью перекрывающих нам путь к следующему городу.

— Нас не должны здесь обнаружить, — коротко сказал Тень, окинув взглядом линию обороны. — Если сестра узнает мое точное местоположение, у нее будет преимущество, и она нападет на меня со всей силой.