Тень не стал спорить, и я подумала, что в глубине души его личные взгляды на этих существ больше совпадают с моими, чем с мнением членов королевской семьи. По правде говоря, Тень прожил здесь двадцать два года, а за пределами королевства — тысячу с лишним. Насколько он все еще был похож на членов королевской семьи?

Я искренне надеялась, что немного.

Поскольку проблемы этого мира не могли быть решены сегодня, мы отправились в путь. Наш путь был таким же, как и вчера, и когда мы покинули медленно растущий оазис, снова оказались на суровой черной скале. Я привыкла к монотонной ходьбе, чувствуя благодарность за то, что Тень нашел способ обойти деревню, оставив нас свободными и незамеченными, чтобы мы могли продолжить путь.

И мы шли. Все дальше и дальше, без остановки. К счастью, Ангел и Тень помнили о моей хрупкости, позволяя мне пить, перекусывать и даже несколько раз сходить в туалет. Им самим, похоже, ничего не требовалось, и к тому моменту, как день снова незаметно закочился, мы успели пройти еще два города, что лежали между нами и королевским дворцомй. Я видела немало местных жителей издалека, и выглядели они не все как Тень. Он был сверхусиленной, чертовски горячей, гигантской версией человека. А вот некоторые из простых людей, фрейлдов, сильно отличались.

— Голубая кожа?

Тень повернулся туда, откуда я наблюдала за маленькой семьей, устроившей… пикник?

— Подвид фрейлдов, — сказал он. — Смешанный с водяными духами. Они называют себя фрондами.

Я мысленно подсчитывала, о каких существах я здесь узнала. Существа, члены королевской семьи и фрейлды, в том числе Теневые охотники, а теперь и фронды.

— Сколько еще здесь разных рас и подвидов?

Его губы дрогнули.

— У нас также есть клорды, которые представляют собой смесь теневых существ и фрейлдов.

Я сделала паузу.

— Э-э, ты хочешь сказать, что некоторые из фрейлдов занимались сексом с этими существами?

Ангел и Тень рассмеялись, вероятно, от абсурдности моего вопроса, а возможно, и от выражения моего лица. Я поспешила продолжить.

— Я имею в виду, знаю, что это не должно казаться мне странным. Я — волк и слышала о том, что многие из нас пытаются трахаться в своих звериных обличьях, но это кажется странным.

Улыбка Тени стала слабой и задумчивой.

— Что ты думаешь о жителях Бролдера?

— О, да, — кивнула я. — Они не показались мне необычными, но, полагаю, там происходило какое-то… межвидовое размножение?

Мне действительно нужно было снять свою осуждающую шляпу.

— Мы размножаемся не совсем так, как люди, — сказал мне Тень. — Но в то же время ты не ошибаешься. У разных существ разный уровень интеллекта, и некоторые из них находятся на том же уровне, что и фрейлды. Как только ты научишься общаться с ними, это действительно окажется не таким… порочным, как ты думаешь.

Я подняла обе руки.

— Серьезно, больше никаких осуждений с моей стороны. Я с трудом могу говорить, когда речь заходит об ином образе жизни.

Больше всего я надеялась когда-нибудь увидеть этих клордов, чтобы познакомиться с этим особым сочетанием двух разных видов. Это была интересная концепция, и до тех пор, пока ни одно из существ не использовалось в чьих-то интересах, я была за разнообразие.

Это странное желания защитить, которое я испытывала к этим существам, росло со временем. И теперь, когда я была здесь и видела обитателей мира Теней, я больше не могла игнорировать желание укутать их всех и уберечь от тех, кто мог причинить им боль.

По мере того как мы продвигались вперед, мы больше не встречались ни с кем из обитателей королевства, и Тень в конце концов создал для нас еще один оазис, где мы могли переночевать с наступлением ночи. Я беспокоилась, что кто-то в этом мире заметит эти святилища, но Тень заверил меня, что они довольно часто появляются у тех, кто пересекает эти земли. Со временем оазисы погибали без питания, пока, в конце концов, черная скала снова не сковывала их.

Никто из нас не мог хорошо отдохнуть после того, как Тень сказал нам, что мы находимся практически на границе Тринити и скоро перейдем на территорию его семьи. Дни, когда мы могли передвигаться незамеченными, были сочтены.

— Ты когда-нибудь спишь? — спросила я, после того, как он устроилась около дерева.

— Кто-то должен присматривать, — сказал он мне.

Это было очень благородно, но по крайней мере в половине случаев, когда я открывала глаза в ту ночь, он пристально смотрел на меня.

С ним я чувствовала себя в безопасности. Я чувствовала себя в безопасности и в то же время чувствовала себя неловко из-за двойственной природы моих чувств к нему.

Ирония судьбы заключалась в том, что зверь, который так долго являлся мне в кошмарах, теперь был тем, кто приносил мне безопасность и покой. Вот такая забавная штука жизнь.