— Кровавый камень передается между Высшими Существами, — сказал он нам. — Его сила невелика, пока он не установит связь со своим хозяином, но моя сестра, должно быть, поняла, как использовать его в той или иной степени. Это дает ей немного больше контроля над туманами. И это все, что ей нужно, чтобы контролировать других членов королевской семьи.

Я поморщилась.

— Кому вообще пришло в голову, что хорошая идея — отдать всю власть одному человеку? Разве это не прямое приглашение к развращению этим Верховным Существом? Существом, с которым в этой земле никто не сможет сразиться. Что удержит его от стремления к полному и окончательному порабощению?

До сих пор это один из моих самых больших страхов. Даже если я жила только под маской свободы, она была нужна мне, чтобы сохранить рассудок.

Тень искоса взглянул на меня.

— О чем ты говоришь, Солнышко? Ты думаешь, у меня есть возможность уничтожать миры, как только я получу свое наследство?

Он ожидал, что я скажу «да», это было ясно по выражению его лица, но… как только я по-настоящему задумалась об этом…

— Нет.

Он остановился, прервав наш переход через реку.

— Нет?

— У тебя уже была высшая сила, — сказала я, обдумывая вслух. — Возьми Землю, к примеру — найдется очень мало тех, кто продержался бы против тебя хотя бы десять секунд. И, насколько мне известно, ты никогда не злоупотреблял этой силой ни над оборотнями, ни над людьми. Ты позволял оборотням жить своей жизнью, позволял людям продолжать так, как они жили. Так что… если только эта новая энергия не предназначена для того, чтобы тебя развратить, я не вижу причины, по которой ты изменился бы сейчас. Но, возможно, именно ты и станешь исключением из правила о том, что абсолютная власть развращает.

Его губы, которые не так давно целовали меня, приоткрылись, и я снова почувствовала его вкус. Страстное желание сократить расстояние между нами и лизнуть этого восхитительного зверя чуть не сбило меня с ног. Вот черт. Этот парень был магнитом, притягивающим меня к себе.

И я даже не разозлилась из-за этого.

— Эта сила не является злом, — сказал он, и мне потребовалось куда больше времени, чем хотелось бы признать, чтобы сосредоточиться на его словах. — Она не изменит меня. Напротив, она создана для того, чтобы раскрыть мой разум. Заставить осознавать каждую грань моих поступков еще до того, как я их совершу. Насколько мне известно, за всю нашу историю не было ни одного Верховного Существа, которого бы развратила эта сила. Обычно земля достигает наибольшего процветания именно тогда, когда избранный обладает полной мощью.

— И мои знания тоже, — сказала Ангел. — И не то чтобы я не наслаждалась этим разговором, потому что я наслаждаюсь, но есть ли какой-нибудь шанс, что мы сможем добраться до места, где разобьем лагерь на ночь? Мне нужно восстановить энергию. Я предвижу атаки в нашем будущем и хочу быть в полной силе.

Тень кивнул.

— Да. Это как раз за этим лугом.

Луг… Хм, я имею в виду, не совсем так я бы описала поле из лавовых камней, но каждому свое. Выражение моего лица, должно быть, выдало мои мысли, потому что Тень приподнял бровь в мою сторону.

— Это лавовое поле неожиданно широко распространено, но если оно такое же, как и тогда, когда я был здесь, то есть хитрость, которая немного утешит нас сегодня вечером.

Он присел на корточки и стал шарить руками по земле, продвигаясь все дальше и дальше, пока, казалось, не нашел то, что искал. Не говоря ни слова, он поднял правую руку и ударил кулаком по камню. Я моргнула от вспышки ярости, ожидая увидеть кровавое месиво на руке, когда он отдернет ее, но там была только гладкая бронзовая кожа.

— Выпендрежник, — пробормотала я.

Он покачал головой, прежде чем начать копаться в яме, которую сделал, и через некоторое время из нее забурлила жидкость. Он зачерпнул ее, и она была чистой.

— Похоже, мы останемся здесь на ночь, — объявил он, а затем плеснул воды вокруг.

Я почувствовала, как вместе с жидкостью потекла его энергия, и через несколько секунд там, где раньше был камень, выросла трава. Трава была странного цвета, не совсем зеленая и не совсем коричневая, а золотистого оттенка охры.

Когда я наклонилась, чтобы дотронуться до нее, она показалась мне мягкой, живой и гладкой на ощупь.

— Как она смогла вырасти так быстро? — вздохнула я, не уверенная, настоящая она или волшебная.

— Лава растекается по поверхности земли, но не разрушает то, что находится внизу. Как только я найду плодородное место, все, что мне нужно сделать, — это оказать небольшую помощь, и мы сможем вернуть все к тому, как было раньше.

Трава продолжала расти там, где мы стояли, как и созданный им водоем. Настоящий природный грот посреди поля черных скал.

— Зачем мы шли так далеко, если это можно было сделать где угодно?