Она снова покраснела, и я поймала себя на том, что качаю головой, поражаясь ее наивности. Я думала, что моя близняшка наивна, и она более чем доказала это, доверившись этим сучкам-близняшкам, но Роза была почти ребенком. Ей было всего шестнадцать, когда ее похитили, что было очень мало в сверхъестественном мире. Не так много в мире людей, особенно во времена ее рождения. Тогда у них была очень короткая жизнь.

Я использовала свой обычный грубоватый характер. У меня не было времени на всякую ерунду.

— Ты бы хотела сбежать отсюда, Роза? — Она подошла ближе, и я поняла, что у ее ног стоит корзина. Должно быть, она уронила ее, когда только вошла.

— Я не могу уйти. Если я предам короля, он выследит меня и подвергнет самым страшным пыткам, какие только можно себе представить. Я — первая из отмеченных драконом. Конечно, мы все привязаны к королю, но я привязана больше, чем кто-либо другой. Он может оборвать мою жизнь одной лишь мыслью.

— Значит, дракон раздавал метки до того, как его убили и отправили в царство между мирами?

Она кивнула.

— Там была я. Он исчез в Волшебной стране на некоторое время, а когда вернулся, то произнес это заклинание. Я была его экспериментом, чтобы посмотреть, сможет ли он создать связь между собой и другими существами. Заклинание позволяет ему вложить частички себя в каждого отмеченного, и тогда их жизненная сущность связывается с ним. Пока хотя бы один отмеченный жив, его нельзя убить.

Я догадывалась об этом, но все равно было больно это слышать.

Я выпрямилась, быстро моргая, пытаясь переварить ее информацию.

— Зачем ты мне это рассказываешь? Конечно, он не хочет, чтобы мы знали что-то, что могло бы помочь ему победить.

Она покачала головой, прежде чем потянуться за корзиной.

— Мне запрещено давать тебе какую-либо информацию, которая могла бы помочь тебе сбежать. Он не запрещал мне говорить об отмеченных.

Ее большие глаза сверкали, и я поняла, что она пытается сказать мне что-то еще. Что ключ к победе над королем придурков был связан с отмеченными.

— Пойдем, я должна тебя одеть. Он ждет тебя к ужину.

— Нет, — прорычала я. — Я не буду с ним ужинать. Я разорву в клочья любую одежду, которую он на меня наденет.

Роза не стала со мной спорить, она просто махнула рукой, и внезапно я застыла на месте. Отлично, значит, у Розы действительно было несколько шипов, но она не должна была использовать их против меня.

— Я не хочу тебя принуждать, — сказала она. — Если ты немного уступишь ему, у тебя будет больше шансов на то, что он предоставит тебе свободу, необходимую для побега. В мое время у нас была поговорка: «змея в траве скорее поймает молчанием, чем страхом».

Странно, что она привела такую аналогию, хотя лично я считала Живчик змеей. Но ладно, она была права, когда говорила, что нужно стараться быть милой. Было так весело крушить его вещи и вытряхивать из него все дерьмо, но… это определенно ни к чему не привело. Я была здесь в невыгодном положении. Казалось, что все в этом проклятом месте обладают большей магией, чем я. Даже люди.

Роза отпустила меня, и на этот раз я не сопротивлялась, когда она потащила меня в ванную. Я быстро привела себя в порядок, изо всех сил стараясь не думать о том, насколько я потеряла контроль над собой. Мне просто нужно быть умнее в этой игре. Борьба, какой бы правильной она ни казалась, не работала. Я должна была манипулировать им, чтобы получить нужную мне информацию, — внушить ему ложное чувство безопасности. Таким образом, когда я придумаю, как его убить, он этого никогда не заметит.

Как только я обсохла, Роза протянула мне нижнее белье и платье. Не обращая внимания на шелковистость и дороговизну каждой детали, я просто натянула их и надела сиреневое платье-сорочку через голову. Оно было старомодным, доходило мне до колен и закрывало все остальное тело. Бретельки были тонкие, с кружевной окантовкой.

Я протянула руку и развязала кружево, материал легко поддавался. Я терпеть не могла кружева. По крайней мере, здесь не было оборок. Роза молча усадила меня перед большим, богато украшенным зеркалом и провела расческой с широкими зубьями по моим черным волосам. Теперь они стали длиннее и ниспадали темным каскадом до середины спины. Когда они обрамляли мое лицо, голубые блики подчеркивали синеву моих глаз.

— Нам действительно нужно немного тебя приукрасить, — сказала Роза, глядя поверх моей головы. — Король любит красивые вещи. Теперь он будет еще больше увлечен тобой.

Я фыркнула.

— У меня некрасивый рот, и ему точно не понравится то, что из него выйдет.

Роза нахмурилась, ее тонкие брови сошлись на переносице.

— Он — дракон-оборотень. Они любят огонь. Они любят драться. Может, тебе лучше вести себя как я. Невидимка.

Мы обе уставились на свои отражения. Контраст между нами был разительный. Я не была уверена, что смогу укротить огонь внутри себя. Я тоже была драконом и волком, и оба они были дикими.

— Я собираюсь победить его, — сказала я ей. — Я придумаю, как разорвать отмеченные узы, а потом убью его. Однажды мы будем свободны.

Выражение ее лица не смягчилось, и я поняла, что она уже давно потеряла надежду. Мои слова ничего для нее не значили.