Я закрываю глаза. Единственная слеза скатывается из уголка моего глаза и бежит по переносице.

– Скажи, что ты моя.

Я шепчу:

– Ты знаешь, что да. Навсегда.

Он выдыхает, оставляет нежнейший поцелуй на моем плече и переворачивает меня на живот.

Я лежу на кровати с зажмуренными глазами и дрожу, пока Кейдж медленно встает, включает свет и открывает дверцы шкафа. Потом он роется в ящиках тумбочки, а затем я чувствую, как матрас продавливается под его весом.

Он связывает мне запястья чулками и фиксирует их на изголовье, как делал в прошлый раз, но не завязывает мне глаза шарфом.

Читая мои мысли, он поясняет:

– Хочу видеть твое лицо.

Я слышу, как выдавливается жидкость, а потом он запускает влажную от лубриканта руку мне между ног. Проходится по всему моему паху, водит пальцами по клитору и запускает их внутрь, пока я неподвижно лежу и задыхаюсь.

Его пальцы оказываются у меня между ягодицами, и там он тоже сдабривает меня лубрикантом – но совсем нежно.

Я слышу жужжание вибратора и испуганно втягиваю воздух. А потом в темноте раздается голос Кейджа: его опьяняющая, властная интонация.

– Пользуйся цветами, Натали.

Он прижимает вибратор к моему клитору.

Все мои мышцы напрягаются. Я натягиваю связанные чулки. Это автоматический рефлекс, при виде которого он рычит от удовольствия.

– Какая задница… Боже, только посмотри на себя.

Кейдж поглаживает все выпуклости и изгибы моих ягодиц. Вторая его рука не отпускает вибратор между моих ног. Меня бросает в пот, и я постанываю, когда он вводит вибратор внутрь.

Потом его палец проникает в смазанное кольцо мышц у меня сзади, и я стону громче и содрогаюсь.

Он требует:

– Цвет.

– Зеленый.

Кейдж двигает пальцем и вибратором в одном и том же медленном темпе, с каждым разом вставляя палец все глубже, пока внутри не оказывается его последняя костяшка, а я отчаянно сжимаюсь в ответ.

Он шепчет:

– Такая узкая и горячая. Черт побери!

Я натягиваю свои путы, выгибая спину, и уже совсем задыхаюсь, но раздвигаю бедра все шире.

Наблюдая за мной, Кейдж одобрительно стонет.

Он вставляет палец на максимальную глубину. Мою вагину он истязает вибратором. Мой клитор набух и пульсирует. Я отрываю бедра от матраса и начинаю медленно водить ими по кругу.

Встав на колени между моих раскинутых ног, Кейдж срывающимся голосом говорит:

– Сначала будет больно. Пытайся дышать и не напрягайся. Я начну медленно. Если надо, остановлюсь.

Все еще двигая бедрами под его вторгающимся в меня пальцем и вибратором, я шепчу:

– Зеленый.

Он медленно убирает палец, наклоняется надо мной и отодвигает одно мое колено чуть дальше, чтобы я полностью раскинулась перед ним.

А затем что-то гораздо больше его пальца утыкается мне в задний проход.

Я ахаю и напрягаюсь, но член он не вставляет – дает мне время собраться и водит им вверх-вниз по месту, куда хочет пройти.

– Дыши, детка, – шепчет он, лаская меня. – Впусти меня.

Мое сердце бьется так быстро, что я едва могу дышать – пытаюсь сделать глубокий, спокойный вдох, но лишь продолжаю захлебываться. Мои соски затвердели, а клитор стал изумительно чувствительным под воздействием вибратора и поразительных ощущений и спереди, и сзади.

Я говорю:

– Зеленый. Давай.

Небольшое движение бедрами – и все, он вошел. И он огромен. И, боже, это больно!

Я вздрагиваю и ахаю. Моя голова отрывается от подушки, а задница напрягается из-за такого внезапного вторжения.

Сквозь стиснутые зубы Кейдж шипит:

– Цвет.

– Желтый. Черт! Желтый.

– Дыши, Натали.

Он снова прижимает вибратор к моему клитору.

Я так дрожу, что кровать трясется. Мое тело не может определить, какие ощущения интенсивнее – удовольствие от вибратора или боль из-за головки огромного члена Кейджа.

Но спустя мгновение удовольствие становится сильнее, и я со стоном роняю голову на подушку. Кейдж начинает говорить со мной на своем языке.

Звук его речи смешивается с электронным жужжанием секс-игрушки и ревом океана, поднявшимся у меня в ушах. Под аккомпанемент симфонии в моей голове разворачивается целая буря ощущений в теле. Я вся – пульсация света и ярких огней, сумасшедших американских горок и неоновых вывесок.

А потом Кейдж снова вставляет вибратор мне в киску, и я превращаюсь в космический корабль, устремляющийся к луне. Я испускаю продолжительный, исступленный вдох, расслабляясь в своих путах.

– Черт, да, детка, – шепчет он. – Черт, да.

Он вставляет член глубже мне в зад и стонет одновременно со мной. Одной рукой раздвигает мне ягодицы и проводит пальцами по тому месту, куда вошел; гладит меня, продвигаясь все дальше. Боль уже не такая, как раньше, но я все равно чувствую неприятную наполненность. Я чувствую ее и внутри, и снаружи, и мое лицо горит.

Я шепчу:

– Зеленый. Трахни меня, милый. Пожалуйста.