Сон начинается в сказочном лесу.

Золотистый солнечный свет проникает сквозь пышные кроны деревьев над головой. Разноцветные птицы поют серенады на ветвях деревьев под игривую музыку флейт и колокольчиков. Где-то поблизости, но вне поля зрения, слышится звук водопада, и теплый, нежный ветерок доносит его журчание. В воздухе пахнет весной – распускающимися цветами и влажной от дождя землей.

Я брожу босиком в прозрачном свете, напевая что-то себе под нос, никуда не торопясь и не думая о конкретной цели. Покрытая мхом земля мягка под моими ногами. На мне бледно-желтое шелковое платье, едва прикрывающее мое обнаженное тело. Я ощущаю, как скользит по моим соскам ткань, заставляя их напрягаться, вызывая приятное покалывание между ног.

Внезапно из-за ствола высокой магнолии выходит огромный сатир.

Это мужчина по пояс, с телосложением воина, его грудь широкая и мускулистая, кожа блестит на солнце. У него красивое суровое лицо, волосы темно-золотистые, уши заострены. На подбородке неопрятная борода.

Нижняя часть его тела покрыта толстым слоем коричневого меха. Ноги у него как у животного, лошади или козы, с копытами вместо ступней.

Между его мохнатых ног торчит огромная эрекция.

Мое сердце бешено колотится, я замираю на месте и смотрю на него широко раскрытыми глазами.

— Привет, милая нимфа, — рычит он. Горящие голубые глаза скользят по моему телу. Он облизывает губы и похотливо улыбается. — Какая ты хорошенькая, маленькая нимфа. Но немного грустная. Я думаю, тебе нужен хороший, жесткий трах, чтобы стать счастливой.

Его огромная эрекция вздымается. На набухшей головке блестит жидкость. По всей длине проходят толстые вены, в которых пульсирует кровь. Я смотрю на его пенис, зачарованная и испуганная, мое сердце бьется как сумасшедшее.

Я поворачиваюсь и бегу.

Позади меня раздается звериный смех.

Я несусь через лесной рай, задыхаясь от паники, вслепую убегая от этого звериного смеха, который все еще эхом отдается среди деревьев. Моя грудь подпрыгивает при каждом шаге. Мои длинные волосы распущены и развеваются вокруг лица, когда я бегу.

Я перепрыгиваю через замшелое поваленное бревно, и сатир подхватывает меня в воздухе. Он прижимает меня к своей сильной груди и смеется, когда я пытаюсь высвободиться, бесполезно дрыгая ногами.

— Милая маленькая нимфа, тебе не сбежать. Ты создана для меня.

Он садится на бревно и сажает меня лицом к себе на колени, лаская мои груди одной большой, грубой рукой, пока я визжу и сопротивляюсь. Его мускулистые, покрытые шерстью бедра щекочут мой зад, а чудовищная эрекция упирается мне между ног.

Сатир огромный и горячий везде, и я точно знаю, что он собирается со мной сделать.

— Пожалуйста! Отпусти меня!

Он щиплет мои соски через шелк, смеясь от восторга, когда я вскрикиваю. Потом срывает платье, его сильные пальцы с легкостью разрывают его, обнажая мою грудь. Он наклоняется, чтобы жадно пососать мои соски, одновременно ощупывая мою попку.

Моя борьба и крики отчаяния бесполезны. Кажется, они только возбуждают его. Сатир захватывает мой рот в диком поцелуе, срывает с меня оставшуюся часть платья, затем засовывает свою мозолистую руку мне между ног и ласкает меня там, поглаживая пальцами мою обнаженную киску.

— Мокрая маленькая нимфа, — говорит он, смеясь.

Я издаю протестующие звуки, умоляя его освободить меня, но падаю духом, когда он засовывает свои пальцы внутрь меня. Сатир вводит и выводит их, безжалостно погружаясь в мою нежную плоть, когда снова наклоняется, чтобы облизать мои ноющие соски.

Наслаждение восхитительно, но мой страх перед тем, что он собирается сделать со мной, горит огнем в моих венах. Если он попытается засунуть в меня свой огромный член, я наверняка умру.

Сатир переворачивает меня к себе на колени и держит там, пока ласкает и шлепает по моей попке, наслаждаясь игрой со своим пойманным питомцем. У меня между ног влажно и пульсирует. Я не могу отдышаться.

— Пожалуйста! Пожалуйста! Отпусти меня, скотина!

Он смеется и щиплет мой набухший клитор, заставляя меня подергиваться. А когда проводит пальцами взад-вперед по нему, с моих губ срывается беспомощный стон. Его налившееся тело трется о мой вход. Мои бедра начинают непристойно покачиваться.

— Ты не хочешь, чтобы я отпускал тебя, милая нимфа. Ты хочешь, чтобы я заполнил твою розовую дырочку своим твердым членом и трахал тебя до тех пор, пока ты не начнешь кричать, не так ли?

В моем бормотании слышится отрицание, которое только заставляет его снова рассмеяться.

— Я думаю, нам нужно положить что-нибудь в этот рот.