– О, худшие из них.
Мия потерла лицо и посмотрела двеймерке в глаза.
– А что тебе снится, Мечница?
Женщина тяжело вздохнула.
– В основном люди, которых я убила. Друзья, которых потеряла. Песок арены под моими ногами. Ты сама знаешь, каково это. Это остается с тобой даже во сне. – Тут она лукаво улыбнулась, словно хотела поделиться секретом. – Но иногда, если сильно постараться, я могу изменить сон.
– Изменить? Как?
– Вместо песков арены я представляю песок на пляже в Фэрроу. Как я иду по светлым берегам, и волны целуют мне щиколотки. Запах океана и готовящихся на костре лангустов, ощущение тепла от лучей солнца, – уголки губ Мечницы приподнялись. – Ты тоже попробуй в следующий раз. Захвати власть над сном и преврати его в то, что пожелаешь. В конце концов, он принадлежит тебе.
Мия окинула взглядом комнату и вздохнула.
– Хочешь, я подежурю вместо тебя?
Мечница покачала головой.
– Сид только что меня разбудил. Лучше поспи.
Мия осторожно выползла из-под брата и Эш и натянула сапоги из волчьей шкуры. Встав, потянулась, закинула пояс с ножнами на плечо и тихо направилась к двери. Когда она проходила мимо очага, пламя потянулось в ее сторону, огненные когти замелькали в воздухе и попытались ухватить ее за пятки. Мия плюнула в него.
– Пойду покурю. Если что-нибудь понадобится, просто кричи.
Двеймерка кивнула и закачалась в кресле, не убирая рук с меча. Мия тихо, как кошка, скользнула за дверь, ее шаги по половицам были не громче шепота. Затем миновала коридор, открыла скрипучую дверь и вышла на балкон с видом на доки. Кожу мгновенно ужалил холодный ветер, с неба по-прежнему лило, так что Мия прикурила сигариллу только с третьей попытки. Она выдохнула гвоздичное серое облачко и прищурилась от дыма. Посмотрела на темные воды, облизывающие причалы, на пришвартованные корабли, окинула взглядом Тернистые башни, заросшие колючими лозами, и «Паб», приютившийся чуть дальше по улице. Ее мысли вернулись к бледному юноше, который сидел у камина с терпеливостью мертвеца.
«ЕДИНСТВЕННОЕ ОРУЖИЕ В ЭТОЙ ВОЙНЕ – ЭТО ВЕРА».
Мия встряхнула головой. Она по-прежнему не знала, во что верить, и как вообще обрести веру посреди всего этого. Ей вспомнились слова Трика, произнесенные в разрушенной башне, – его признание, что он пожертвовал местом у Очага, чтобы вернуться к ней. Эта мысль пугала, печалила и да, определенно льстила. Есть что-то привлекательное в том, чтобы быть настолько желанной. Иметь такую власть над юношей, что он готов бросить вызов самой смерти, чтобы быть рядом с ней.
Мия вспомнила свои ощущения. Как он входил в нее. Его руки на своем теле. Задумалась, каково было бы прикоснуться к нему теперь. Поцеловать. Трахнуть.
Облизнув губы, она почувствовала, как сладка сигарилловая бумага и как дым пощипывает язык. Затем крепко сжала бедра и скользнула рукой вниз по штанам, наслаждаясь ноющим чувством. Посмотрев на дорогу впереди, задалась вопросом, куда именно она приведет. Куда бы ей хотелось, чтобы она привела. Мраморная кожа, истинотемные глаза и ловкие пальцы, спускающиеся все ниже…
– Так, хватит, – одернула она себя.
Мия в последний раз затянулась и раздавила пяткой сигариллу. Откинув взъерошенные ветром волосы, зашла внутрь и закрыла дверь, спасаясь от морозного, пронизывающего ветра. Подумала спуститься вниз, чтобы проверить…
На нее накинулось темное очертание, схватив одной рукой за шею и другой за запястье. Мия ахнула, врезавшись в стенку, ее свободная рука потянулась за мечом. Она почувствовала, как кто-то прижимается к ней всем телом, теплые губы на своей щеке и шее. Вспышка светлых волос. Лавандовый аромат духов.
– Эш? – прошипела она. – Бездна и кровь, я чуть тебя…
Эшлин прильнула к ее губам, прерывая фразу, ее руки скользнули под рубашку и пробежали – легкие, как перышко, и горячие, как пламя – от бедер к талии, пока сердце Мии бешено колотилось от испуга. Эш запустила руки в ее штаны и сжала ягодицы, прикусив нижнюю губу Мии в тот момент, когда та начала отворачиваться.
– Что, бездна тебя побери, ты творишь?
– Ждала, пока ты выйдешь покурить, – ваанианка улыбнулась и смахнула прядь волос с лица Мии. – Знала, что ты не выдержишь. Но я уснула, так что ты чуть не улизнула от меня, сучка.
– Если ты хотела позажиматься в коридоре, могла просто попросить.
– Я не прошу, – Эш покачала головой. – Просто беру свое.
Приоткрыв рот, она снова страстно поцеловала Мию. Та вздохнула, почувствовав руки возлюбленной на своем животе, спускающиеся к штанам, где еще пару минут назад находилась рука самой Мии. Эшлин целовала, покусывала, ласкала ее шею. С уст Мии сорвался тихий стон, тело, прижатое к стене, забилось мелкой дрожью. Ее ноги слегка раздвинулись, сердцебиение участилось, но уже не от испуга.
Эш задела губами ее ухо.
– Я сняла нам еще одну комнату.
– …Что?
– Когда снимала первую. Только для нас двоих. На одну неночь.