Он пожимает плечами и убирает телефон. — Все не так плохо. Семьи в основном размещаются в двухместных номерах, но у всех достаточно комнат, чтобы справиться с этим. Это место предназначено для того, чтобы всем было хорошо и чтобы все были в безопасности, так что в основном семьи из низших слоев просто благодарны за то, что находятся здесь. Верхние уровни доносят на Норта, но он назначил Нокса ответственным за жалобы, так что пока они все заткнулись. Его позиция действительно пригождается в некоторых ситуациях.

Я фыркнула от смеха при мысли о том, что Нокс будет иметь дело с этими избалованными засранцами. — Я уверена, что ему также нравится эта работа. Говорить людям, какие они жалкие и бесполезные, — это вроде как его суперспособность.

Гейб кривит лицо и берет вторую половину сэндвича, когда я предлагаю ему. В нем так много разных начинок, что я могу справиться только с половиной, и это прекрасно.

— Он беспокоился о Норте, поэтому предложил помочь, чем может. Мы все помогаем. Атлас и Грифон занимаются делами Сопротивления, я помогаю со зданиями, а ты…

Я прервала его. — Я сплю и мне доставляют еду мужчины, у которых есть дела поважнее. Я могу сойти с ума здесь, Гейб. Я не могу сидеть на заднице и ничего не делать только потому, что мои Связные предпочитают держать меня все время в безопасном месте. Я не могу быть бесполезной.

Он хмурится в ответ. — Ты уничтожила еще один лагерь, а потом вернулась сюда, чтобы оправиться от этого. Теперь мы пойдем строить какое-то дерьмо. Это помощь, Связная. Если у тебя есть что-то еще, что ты хочешь сделать вместо этого, просто скажи мне, и мы пойдем искать Норта.

Проблема в том, что у меня нет ничего другого, чем я могла бы заняться, потому что я бросила школу и работала только чертовой официанткой. Думаю, я могла бы работать на кухне и помогать кормить людей, это важная работа. Но тогда Норт переместит охрану, чтобы со мной был оперативник ТакТим, а я не хочу отвлекать людей от других областей, чтобы они нянчились со мной.

Так что придется строить с Гейбом.

Я мою тарелку и беру колу из холодильника, чтобы взять с собой на стройку. Я бы с удовольствием выпила кофе, но мне кажется, что я и так отняла у Гейба слишком много времени, так что придется обойтись колой. Гейб натягивает рабочие ботинки и достает совершенно новую пару для меня, ухмыляясь, когда я лопочу «спасибо». Меня всегда удивляет, когда мои Связные покупают мне вещи, даже предметы первой необходимости, и мне требуется минута, чтобы зашнуровать их как следует. На мне они выглядят как клоунские башмаки, большие и громоздкие, но я предпочла бы иметь защиту, потому что ничто не сравнится с болью от сломанного пальца.

На мне уже надеты джинсы и одна из клетчатых рабочих рубашек Гейба поверх майки, как на нарядной кукле, на которую была бы похожа Барби-строитель. Это забавно, и когда Гейб как следует разглядывает весь мой наряд, он смеется надо мной, делая фотографию, на которой все это запечатлено.

Когда мы выходим из дома пешком, он ловит мою руку в свою и переплетает наши пальцы, надевая пару авиаторов, которые делают его образ невыносимо крутым. Невероятно горячим, почти слишком, чтобы на него смотреть.

Как я могу испытывать такие чувства к нескольким мужчинам? Я испытываю и не чувствую себя виноватой за это. Просто чувствую, что нам нужно вернуться в дом на минутку.

Блядь.

Верно, отвлекающий маневр. Мне нужен один, и быстро. — Я снова крашу волосы. Думаю, в ярко-розовый. Или, может быть, добавлю только несколько лаймово-зеленых полосок. Что тебе нравится больше?

Гейб гримасничает. — Я думал, ты теперь хорошо относишься к Норту; кого ты пытаешься разозлить таким выбором?

Я закатываю на него глаза и издаю звуки поцелуев в адрес Брута, пока он не подходит ко мне сзади, слегка подталкивая для утешения. Он всегда очень ласков по утрам, как будто я сплю и не могу любить его, и это делает ночи невыносимыми. — Никого. Я ненавижу серебро, а сейчас волосы почти чертовски белые. Черный не держится, я уже пробовала. Фиолетовый быстро смылся, но, по крайней мере, он держался несколько дней. Я просто… не хочу смотреть на белое в течение нескольких дней. Может, мне стоит просто сбрить их?

Парень выглядит невероятно встревоженным и начинает рыться в карманах в поисках своего телефона, явно пытаясь вызвать подкрепление. Это почти комично, и, прилагая неимоверные усилия, я сохраняю невозмутимое выражение лица, наблюдая, как он подыскивает слова.

— Я не думаю, что тебе нужно это делать… То есть, ты можешь делать все, что захочешь, очевидно, это твои волосы, но розовый — это хорошо.

Он дарит мне дрожащую улыбку, постукивая по своему телефону, даже не глядя на экран, и я начинаю считать, потому что это так же очевидно, как пощечина. Честно говоря, если бы это не было так чертовски смешно, я бы отчитала его за это.

«Не смей брить голову. Мне все равно, какого цвета у тебя волосы, но не сбривай их».

Я хихикаю над строгим тоном Норта и качаю головой на Гейба, который даже не пытается выглядеть невинным.