Моргаю, пытаясь избавиться от размытости в глазах, но это не получится без моих гребаных очков. Ух, что, черт возьми, мне делать? И тут меня осеняет. Где-то здесь есть еще одни очки. Наклоняюсь и выдвигаю ящик прикроватной тумбочки, роюсь в нем в поисках рецептурных солнцезащитных очков с треснувшей линзой. Это не идеальное решение, но я могу вернуть свои очки позже, если смогу заставить себя пойти на его поиски… Может, смогу послать вместо себя Джеки. Похоже, он ей так сильно понравился, что она даже потащила меня на это мероприятие.
Я вваливаюсь в гостиную и нахожу Джеки, которая сидит за столом в наушниках и поглощает Coco Pops11. Когда останавливаюсь у стола и прислоняюсь к его поверхности, она вытаскивает наушники и оглядывает меня с легким смущением.
— Итак… тебе было весело прошлой ночью?
Насколько вижу, у нее нет синяков, в то время как чувствую свои собственные с каждым шагом.
— Не назвала бы это весельем. — Я с трудом сглатываю и подхожу, чтобы взять тарелку. Но тут снова замечаю свои ногти и решаю, что нужно вымыть руки, прежде чем готовить завтрак. Пять минут спустя сажусь рядом с Джек, которая решает встать и направиться к раковине. Вот тебе и совместный завтрак.
— Через несколько минут у меня свидание. С одним из парней со вчерашнего мероприятия. Мы собираемся позаниматься.
Несмотря на то, что стоит ко мне спиной, по ее тону понятно, что она пошевелила бровями, произнося слово позаниматься.
Зачерпываю немного хлопьев и запихиваю их в рот, медленно пережевывая, чтобы дать себе время придумать, что сказать. Не хочу портить ей настроение, да и сама не в настроении обсуждать то, что произошло прошлой ночью.
Спустя мгновение я без энтузиазма произношу:
— Круто, — и продолжаю есть.
Поставив тарелку на сушилку, она поворачивается ко мне лицом.
— Как там Дрю? Я знаю, что он искал тебя прошлой ночью. Судя по твоему взъерошенному виду, он тебя нашел.
При упоминании его имени я чуть не давлюсь сладкими хлопьями.
Прочищаю горло и не свожу глаз с темнеющего молока в тарелке.
— Э-э-э…да, в конце концов, он меня нашел.
— Что случилось? Я столько всего о нем слышала. — Ее глаза многозначительно расширяются на слове всего.
— Что именно? — спрашиваю я.
Она упирается на локти и понижает голос, словно не хочет, чтобы призраки нашей общажной комнаты это услышали.
— Он безжалостен в постели, как в своих… э-э…предпочтениях… так и к своим партнерам. На самом деле, он не часто заводит отношения. Он больше любит подцепить кого-нибудь на раз, поэтому все девчонки хотят его заполучить. Но, я имею в виду, посмотри на него. Кто бы этого не хотел? Его отец миллиардер и один из лучших выпускников университета. К тому же, из-за того, что он квотербек футбольной команды, у всех девчонок и, если честно, даже у некоторых парней текут слюни, как у собак. — Она хлопает по столу и встает. — В любом случае, мне пора бежать. Отдохни сегодня, девочка. Ты дерьмово выглядишь.
Спасибо. Издаю нечленораздельный звук и продолжаю есть, а она поспешно выходит за дверь. В коридоре я слышу ее хихиканье, а затем дверь снова открывается. Уже собираюсь спросить, не забыла ли она что-нибудь, но слова застревают в горле, не давая ни дышать, ни думать.
Он здесь. Он вернулся.
В голове раздается тревожный сигнал, говорящий мне встать и убраться подальше от опасности, но я не могу. Мои конечности не двигаются. Я замираю, как олень в свете фар, в то время как Дрю подходит ближе, закрывая за собой дверь.
— Я искал тебя.
Глубокий вдох. Мне нужно взять под контроль свое бешеное сердцебиение. Проглатываю остатки хлопьев, о которых забыла, и прокашливаюсь.
— Ну, до сих пор ты не проверял место где я живу, так что, думаю, ты не слишком усердно искал.
На самом деле хочу сказать: "Уходи и не возвращайся". Тело продолжает предавать меня, когда ощущения прошлой ночи возвращаются, пока я смотрю на него. Проклятье. Он не должен так на меня действовать. Я ненавижу его.
Он обходит стол и выдвигает из-под него стул. Я сглатываю и указываю ложкой на дверь.
— У тебя вошло в привычку появляться в доме каждой девушки, которую ты терроризируешь, или это только в случае со мной? Я не приглашала тебя внутрь, так что можешь уходить тем же путем, что и пришел.
На его лице появляется ухмылка, когда он нарочито медленно садится напротив, его зеленые глаза изучают меня. Чувствую себя букашкой, которую вот-вот втопчут в землю. Его взгляд перемещается на тарелку с хлопьями, стоящую передо мной, и, как воришка, он выхватывает ее из моих рук и начинает засовывать хлопья себе в рот.
Окей, ублюдок. Это заходит слишком далеко. Одариваю его своим лучшим взглядом.
— Что, черт возьми, с тобой не так? Ты живешь, чтобы раздражать меня? Только не говори, что это какая-то схема мести мудаков из братства за то, что я заступилась за того парня?
Он приподнимает бровь и проглатывает хлопья — мои хлопья.