В кармане звонит телефон, но я не обращаю на это внимания, взбегая по лестнице в комнату.

Джеки собирает свою сумку у стола и замирает, когда я вхожу.

— Ой! Я думала, ты проведешь весь день со своей мамой?

— Она уже устала от меня, поэтому я решила дать ей немного пространства. Видимо, существует тонкая грань между навязчивостью и заботой.

Джеки садится за стол, и я стараюсь не смотреть на поцарапанное дерево, чтобы не вспоминать, что чувствовала, когда руки Дрю держали меня на нем.

С трудом сглатываю и улыбаюсь подруге.

— В любом случае, мне нужно немного позаниматься.

Она кивает, ее взгляд мягкий, улыбка нежная.

— Хочешь поговорить об этом? Как у нее дела?

Я расправляю плечи и кладу свою сумку на стол рядом с ее.

— Она в порядке. Слаба из-за лекарств и болезни, но ей уже лучше, и станет еще лучше, как только мы начнем принимать новые лекарства.

— Как она относится к экспериментальным препаратам? — в ее тоне есть что-то, чего я не могу определить, и не хочу даже пытаться.

— Ну, она устала. Но будет счастлива, когда все сработает и она останется жива. В противном случае… — не могу вымолвить ни слова, в горле застревает комок. — В противном случае у нас осталось не так много времени вместе.

Джек вскакивает и подходит, чтобы взять меня за руки. Она немного ниже ростом, поэтому я смотрю ей в глаза.

— О, милая, все будет хорошо. Все наладится.

Хочу, чтобы она пообещала. Хочу, чтобы весь мир пообещал, что у меня останется мама. Она — единственное, что у меня есть в этом мире, и я не могу потерять и ее.

Вместо этого я вздыхаю и сжимаю ее руки, затем отпускаю.

— Да, все будет хорошо. Мы начнем принимать новые лекарства и посмотрим, как все пойдет. Все должно быть хорошо.

Она возвращается к собиранию сумки, одним глазом поглядывая на меня, а другим — на свои вещи.

— О, хотела спросить, не занята ли ты на следующих выходных.

Теперь моя очередь сесть, и я достаю из кармана мобильник, чтобы свериться с календарем.

— Лорд Дрю еще не просил о встрече, так что, думаю, да. А что? В чем дело?

— Я временно работаю на агентство по организации питания. Например, подаю еду, убираю и тому подобное. Это для крупной городской юридической фирмы, и они всегда дают хорошие чаевые, особенно если ты следишь за спиртным.

Я фыркаю.

— И ты, кажется, всегда возвращаешься домой с парой бутылок этого дорогущего спиртного.

— Я тут подумала, если будешь свободна, может, захочешь прийти? С тобой там будет намного веселее. Еда тоже должна быть вкусной. Она из ресторана в центре города, который ни одна из нас не может себе позволить.

Скорее всего, я проведу выходные с мамой, чтобы успеть прибраться и что-нибудь приготовить, чтобы потом заходить только после занятий. Тем не менее, у меня еще много дел, которые нужно сделать.

— Я не могу.

Она кладет руки на стол и наклоняется ко мне.

— Знаешь, сколько денег я зарабатываю на этих мероприятиях? Больше, чем нужно на месяц, за одну гребаную ночь. Ты должна пойти, Бел.

Одна ночь за месячную зарплату звучит неплохо. Я могла бы заработать больше денег и, возможно, даже помочь Дрю с учебной, если понадобится. Однако он не очень хорошо воспримет эту новость.

— Пожалуйста. Будет гораздо веселее, если ты будешь рядом. Я даже дам тебе советы. Ради твоей мамы, конечно.

Я кладу голову на стол.

— Ладно. Ладно. Я буду там.

ДРЮ

Бывают дни, когда я не хочу видеть своего отца, и дни, когда я действительно не хочу его видеть. В ту секунду, когда замечаю у Милл стоящий на холостом ходу лимузин, день становится паршивым. Вздохнув, не спеша надеваю ботинки и куртку. Опасно тянуть время, заставляя его ждать, но это все, что я могу предпринимать… пока что.

Однажды я уйду от него и заставлю этого ублюдка заплатить за то, через что он заставил нас с мамой пройти. Заплатить за то, как он изображает из себя идеального отца и бизнесмена. Я знаю правду, и, в конце концов, все остальные ее тоже узнают.

Ли и Ариес спускаются по лестнице в коридор и медленно наблюдают за мной, пока я завязываю шнурки на скамейке у двери. Вокруг меня и на полу разбросано спортивное снаряжение, так что в данный момент места на скамейке хватает только на одного.

Ариес потирает затылок и наклоняется, чтобы посмотреть на заведенную машину на подъездной дорожке.

— Твой отец?

Хмыкаю вместо ответа.

Ли хмурится, и они обмениваются взглядами, после чего оба возвращают свое внимание ко мне. Я выпрямляюсь, прижимаясь спиной к стене.

— Что? — рявкаю.

На этот раз говорит Ли.

— Ты хочешь, чтобы кто-нибудь из нас пошел с тобой?