Я слышала лишь завывающий ветер, который пробирался под кожу. Чувствовала прохладные снежинки, что попадали на оголенную кожу между курткой и перчатками. Стоило всех сил не развернуться и не убежать отсюда. Навсегда. Без оглядки.

Вперед снова вышел Кай.

А потом каждый ремалиец и миротворец прижал кулак к сердцу и воскликнул, сотрясая площадь страшными, страшными, страшными словами:

– Да здравствует верховный правитель!

И мне пришлось повторить их движение.

***

Построение длилось еще пятнадцать минут, десять из которых я то скрежетала зубами, то представляла, как сворачиваю шею Каю.

Как он мог так поступить? Как он согласился не только на вступление в Альтинг, но и на верховное правление? Почему Марлоу одобрила это?

Пока я смотрела на отрешенное выражение его лица, в голове крутились сотни вопросов. Мне пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не закричать. Чтобы не забраться на эту чертову крышу и не выбить из Кая объяснения.

– Наш план сработал, – обратился ко мне Зейд, когда мы двинулись к машинам. – Теперь нужно справляться с последствиями.

Я медленно кивнула.

Марлоу вышла из тени: в этом и заключался план Карателей.

Никогда бы не подумала, что группа отступников имеет такую власть. Они пустили слухи по всему кластеру. Точнее, не слухи, а правду. Теперь все знали, что за Альтингом стоит корпорация намного могущественнее. Люди шептались и задавали вопросы, работающие на правительство ремалийцы негодовали и требовали объяснений. У ЦЭСа не осталось выбора: им пришлось раскрыть свои карты, иначе в Рейкьявике вспыхнул бы конфликт.

Каратели… Вернее, мы показали миру лишь часть правды. Марлоу больше не сможет править из тени, а значит, люди будут видеть, с кем им стоит бороться на самом деле. Это один, но такой важный шаг.

Но если появление Марлоу мы могли предугадать, то роль Кая…

Остановись. Подумаешь об этом в безопасной обстановке.

Как только построение закончилось и мы оказались около наших машин, позади раздался чей-то голос:

– Сектор пятый?

Развернувшись вслед за Шнайдером, я увидела миротворца.

Блядь.

– Всё верно, – ответил командир.

– Сегодня утром в вашем секторе устроили мятеж, поэтому нам передали, что на построении командующих не будет, – отчеканил мужчина, и я мысленно выругалась. – Что-то изменилось?

– Конфликт был разрешен спустя несколько часов. Разве руководство не доложило об этом? – скучающе протянул Зейден, закинув за спину автомат. Я заметила, как Рейвен предостерегающе провела ладонью по браслету равновесия. – В пятом секторе каждый день что-то происходит, пора бы уже привыкнуть.

Миротворец пристально оглядел нас. Я задержала дыхание, увидев на периферии зрения вторую половину нашего отряда.

Отец показал какой-то знак Шнайдеру. Кажется, это означало «Мы в полной заднице».

Усмехнувшись, миротворец ответил:

– Никакого бунта не было. Пятый сектор отправили на границу.

Вот теперь мы точно в полной заднице.

– Ну что ж, – протянул позади мужской голос. – Тогда лучше ложитесь.

Миротворец нахмурился.

– Что?

– Вот черт.

Крэйтон резко потянул меня к земле и закрыл мою голову руками. Я даже не успела осознать происходящее, как перед нами пронесся Феникс. В следующую секунду площадь сотрясли четыре мощных взрыва. Бам! Бам! Бам! Бам! За ними последовали удивленные и испуганные крики.

– Феникс! – прорычала где-то рядом Роксания. – Ты не в Литла-Храуне, гребаный ублюдок!

– Огонь – моя страсть! – Он рванул нас за шкирку и втолкнул в машину. – А теперь убираемся отсюда!

На базе начался настоящий хаос. К нам бросились несколько групп миротворцев, но машина уже сорвалась с места, отчего меня придавило к сиденью. Я подняла забрало шлема и выглянула наружу через открытую дверь.

Кай неотрывно смотрел нам вслед.

Он знал, что это мы.

– Сядь на место, синеглазая, – проворчал Феникс, дернув меня за руку. – Я еще не закончил.

За нами началась погоня, но водитель гнал с такой скоростью, что мы запросто могли улететь на луну. Вторая машина петляла перед нами. Как только мы приблизились к шлагбауму, Феникс высунулся наружу и вскинул руки. Огненная волна с треском разломила ограждение на две половины.

Я распахнула от удивления рот, наблюдая за довольным Карателем.

Пироман. Ясно, с ним лучше не связываться.

Машину резко качнуло, когда мы выехали на дорогу. Рейвен пискнула и вцепилась в мою руку. Кто-то выпустил в нас электромагнитную волну, но с соседней машины высунулась Роксания, отбив ее своей собственной.

Феникс выкрикнул:

– Скажите своему новому правителю, что давние друзья передают ему привет! – Он показал средний палец, широко ухмыльнувшись, отчего на его грубом лице появились ямочки. – А это ему от брата Фьорнов.

Я моргнула.

Затем еще раз.

И еще раз.