Я наливал себе виски на пару пальцев, когда Адриана подошла ко мне. Я смотрел, как она схватила графин с водкой и наполнила стакан на три четверти.
Она взглянула на меня, отвела взгляд, а затем снова перевела, заметив мое внимание.
— Что?
— Может, теперь ты постараешься скрыть от меня свой алкоголизм.
— Позволь мне продолжить занятия, и я прекращу.
— Ты бы предпочла находиться в безопасности или быть счастливой?
Она моргнула, будто это был гораздо более сложный вопрос.
— Оба варианта, я думаю.
— К сожалению, это не выбор.
Она подавила вздох.
— Я не виновата, что многие хотят тебя убить.
Многие, вероятно, было преуменьшением.
— И теперь ты.
Ее брови нахмурились.
— Что?
— Они тоже захотят убить мою жену, — сказал я, прежде чем добавить: — Возможно, сначала несколько раз изнасилуют.
Она нахмурилась.
— Как и ты собираешься поступить со мной?
Так или иначе, я знал, что она собирается сказать это. Я уставился на нее, выражение моего лица осталось бесстрастным. Она заправила прядь волос цвета карамели за ухо. У нее имелись золотистые крапинки в карих глазах, как и у Елены. В тревожном смысле, я надеялся, что были и другие сходства.
— Ты даже не собираешься сказать, что не изнасилуешь меня? — в ее голосе звучало раздражение, она поднесла стакан к губам, глядя в окно от пола до потолка.
Я любовался видом вместе с ней.
— Нет.
— Почему нет?
— Я не очень хорошо умею сдерживать обещания.
Она подавилась глотком водки, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
— Я умру, — пробормотала она, прежде чем исчезнуть.
Сухое веселье наполнило меня, и я слегка покачал головой. Встреча с моей будущей женой прошла хорошо. Я никогда в жизни не насиловал женщин и не собирался начинать сейчас, хотя по какой-то причине мне хотелось саботировать этот разговор. Наверное, потому, что я уже был взволнован, а ночь только началась.
Елена стояла на кухне и разговаривала с Лоренцо, не сводя с него глаз. Ее длинные волосы были прямыми, и на ней было золотое платье, которое обтягивало каждый изгиб ее тела. Оно было слишком чертовски обтягивающим и получало достаточно взглядов от моих кузенов, при этом зля меня. Даже Лука посмотрел на нее с понимающей улыбкой, а затем протянул мне свое пиво в неприятном жесте.
Лоренцо выставлял себя полным идиотом. Этот человек был хладнокровным убийцей, но, похоже, нервничал, разговаривая с Еленой Абелли. В данный момент он потирал затылок и чертовски краснел — и просто представив себе Елену, привязанную к кровати Лоренцо в каком-то гребаном БДСМ сценарии, кровь Руссо обожгла меня изнутри.
— Все прошло гладко. — тон Джианны был сухим, очевидно, она подслушала мой разговор с Адрианой. — Зачем тебе понадобилось его приглашать?
Ее зрачки были настолько расширены, что их окружала лишь темно-коричневая полоска. По мне пробежала волна неудовольствия. Это вернуло меня в пятнадцатилетний возраст, когда я обнаружил, что безжизненные глаза моей мамы широко открыты.
— Кого? — мой вопрос был безразличен, но я уже знал.
Ее глаза сузились.
— Кристиана.
— Не твое дело, кого я приглашаю в свою квартиру, Джианна.
Я бы не пригласил его, если бы у меня была законная причина сделать это — и больше, чем Елена, практически пускающая слюни по нему вчера. У этого мудака было красивое лицо, и это раздражало меня больше, чем я хотел признать, что это интересовало Елену.
— Я не хочу, чтобы он здесь находился, Туз. — она наблюдала, как Кристиан разговаривает с моим дядей Джимми с кислым выражением лица.
— Спроси меня, если мне равно, — сухо ответил я.
Джианна возненавидела Кристиана с того самого момента, как встретила его. Часть ФБР находилась первой в списке причин, но она также была противоположностью агента во всех пониманиях. Она насмехалась над его перфекционизмом, а Кристиан гримасничал из-за ее отсутствия приличий.
Мягкий смех Елены просочился через комнату, ударив меня в грудь.
Мои челюсти сжались.
Лоренцо не был таким уж чертовски смешным.
— Ты смотришь не на ту сестру. Нужная вон там. — Джианна указала белым ногтем на Адриану, которая сидела на диване рядом с Бенито, поджав под себя ноги. — Она, наверное, уже оправилась от твоей угрозы изнасилования.
Я сухо выдохнул, когда Адриана захихикала над чем-то на телефоне Бенито.
— Она выглядит очень травмированной.
В ней было что-то холодное и бесстрашное, но, очевидно, мысль о сексе со мной была достаточно непривлекательной, что она поверила, что умрет от этого. Возможно, это хорошая угроза, которую я мог иметь в виду, потому что думал, что мне может понадобиться сильная угроза с ней.