Перед тем, как выбрать новое пристанище, наше братство досконально изучает территорию, в том числе и леса в округе… И сегодня наш пункт назначения – густой смешанный лес, где ночью не встретить ни одной живой души.

– Мы приехали, Алана.

Мне трудно дышать, словно легкие сжимаются до маленького кубика льда, страх расползается метастазами и парализует каждую клеточку тела. Ладони вспотели и скользят по металлической трубе руля, щеки неприятно стягивают высохшие дорожки слез.

Куда меня везет этот сумасшедший? Он хочет убить меня?!

Перед глазами пролетает вся моя никчемная жизнь, я столько всего еще не успела сделать. Не хочу умирать, ведь если загробный мир существует, мы снова встретимся с мамой. Нет ничего ужаснее, чем провести с ней вечность! Благодаря своей вере она точно попала в Рай, тогда мне стоит молить о дороге в Чистилище.

Я настолько погружаюсь в душевные терзания, что не сразу осознаю, куда сталкер привез меня, пока он не стягивает с меня шлем. В нос проникает запах влажного мха и сырой земли, где-то вдалеке ухает сова. Деревья окружают нас угрюмыми стражниками, мешая лунному свету пробиться сквозь ветви. Но не лес пугает меня, а самый страшный зверь, в чьем плену я сейчас нахожусь.

– Мы приехали, Алана, – тихо произносит похититель рядом с моим ухом. Его горячее дыхание проходит сквозь маску и щекочет кожу, вынуждая поморщиться.

– З-зачем м-мы здесь? – мой голос глухой и дрожащий.

Зверь усмехается. В лесной тиши его усмешка кажется зловещей. Он опускает ладони на мою талию и расстегивает ремень. Это мнимая свобода, от побега меня все еще удерживает его пистолет.

Перекинув ногу, он ловко спрыгивает с байка и направляет дуло на меня.

– Слезай!

Чтобы сесть на сиденье и раздвинуть ноги, мне пришлось задрать платье выше бедер, а сейчас я должна слезть с байка в таком виде. Глаза уже привыкли к темноте, значит, он так же хорошо меня видит, как и я его. Но стоит ли бояться наготы, когда твоя жизнь зависит от одного движения его пальца?

Мое тело словно заморожено, я с трудом перекидываю ногу на другую сторону и, когда спрыгиваю, падаю на колени.

– Мне нравится твоя поза. Ты приготовилась просить прощения?

Его слова обжигают хлеще оплеухи. Я подскакиваю и отхожу на шаг, пока не упираюсь в байк. Мои губы снова дрожат, а глаза заволокло пеленой.

– Если ты привез меня убить здесь – убей! Чего ты ждешь?! – вырывается у меня.

Я сжимаю кулаки, собираясь биться до последнего, но кого я обманываю?

В глазах похитителя загорается тот странный блеск безумца. Эти глаза я рисовала сотню раз и могу нарисовать снова даже в кромешной тьме. И я на сто процентов уверена, что под его черной маской прячется кровожадная улыбка Джокера.

– Нет, милая, я привез тебя сюда не убивать, а наказать, – он приближается ко мне вплотную и громко втягивает носом воздух, нависая надо мной огромной черной тучей. – Твой страх пахнет так волнующе… Так возбуждает меня. Это запах страсти, Алана.

Я с силой жмурю глаза и перестаю дышать, когда холодный металл пистолета скользит между моих бедер.

– Ты Дьявол! Настоящий Дьявол! – слетает с губ, когда дуло касается меня в чувствительном месте между ног.

Грех! Грех! Самый настоящий грех!

Пальцы снова ищут распятие на груди, и я уже не понимаю, кто со мной говорит: он или голос в голове.

– Да, милая, я Дьявол. Я сожгу тебя дотла в своем пламени, а потом заставлю твой прах танцевать для меня.

– Сожги! Убей! Прекрати все это!

– Нет, Алана. Смерть – это слишком скучно.

Мне хочется содрать с него черный кусок ткани, чтобы точно знать, кто за ней прячется: монстр или человек. Я делаю рывок вперед, но сталкер успевает перехватить мою руку и выкрутить мне за спину. Боль пронзает тело белой вспышкой, заставляя громко вскрикнуть.

– Ты снова не слушаешься, Алана. Злишь меня. Ты знаешь, что этим провоцируешь меня? Твоя непокорность меня возбуждает, член уже стоит колом, дымится и хочет порвать тебя на части! – говорит он сквозь сжатые зубы.

От услышанного кровь приливает к щекам, дыхание перехватывает, и что-то скручивается в животе. Почему мне стыдно?

– Что с тобой? – моя реакция не укрывается от него. Сталкер отпускает мою руку, обхватывает ладонью мое горло и медленно сжимает, перекрывая доступ к кислороду. – Тебя возбудили мои слова? А, может, тебя возбуждает боль? Алана, ты хуже, чем я думал, – укоризненно произносит он. – Если я засуну пальцы в твои трусики, почувствую там влагу?