— Это было бы чертовски умно. Избавишься от Агости, и ты избавишься от всей конкуренции в Нью-Йорке. Если бы Хименес хотел расшириться...

— Почему бы не захватить уже созданную империю. — Я заканчиваю его мысль.

— Если мы задавались вопросом, были ли Галлагеры заодно с Хименесом... что ж, больше не задавайся, — говорит он иронично.

Я надеваю ночную рубашку и иду на кухню, чтобы приготовить нам чай. Малли уже спит в своей маленькой милой кроватке в углу. Я стараюсь вести себя как можно тише, чтобы не разбудить ее.

Несу чашки в нашу спальню и закрываю дверь.

— Держи.

— Спасибо.

— Больше так не делай, — неожиданно говорю я.

— Что?

— Не ставь себя между мной и пулей.

Он поворачивается, чтобы посмотреть на меня, и качает головой. Берет чашку из моей руки и ставит ее на тумбочку вместе со своей. Взяв мое лицо в свои руки, он, полный искренности, говорит мне.

— Этого я никогда не смогу пообещать.

Его губы опускаются на мои, дико ища входа. Я шокирована его внезапным нападением, но отвечаю на поцелуй. Мои руки переходят на его спину, и я впиваюсь когтями в его рубашку, пытаясь как можно ближе прижаться к его коже.

Адриан отстраняется, его глаза остекленели от желания. Он поднимает меня и бросает на середину кровати. Вытянувшись передо мной во весь рост, он снимает с себя рубашку и швыряет ее куда-то в угол.

Брюки следуют ее примеру, и, видя, что его член уже встал, я облизываю губы в знак одобрения.

Он кладет руки на кровать и начинает продвигаться ко мне, целенаправленно пробираясь вперед.

Чтобы усложнить ему задачу, я отступаю назад, пока не добираюсь до изголовья кровати, и при этом дерзко ухмыляюсь. Он громко стонет и хватает меня за обе лодыжки, одним резким движением притягивая к себе.

Но я не сдамся так просто. Не в этот раз. На минуту я позволяю себе расслабиться, позволяя ему провести поцелуями дорожку по моей шее, а затем царапаю ногтями его спину и отталкиваю его от себя. Он вскидывает руки, чтобы остановить мои дергающиеся конечности, и мы падаем, в результате чего я оказываюсь сверху. Все еще на кровати.

Мне так хочется просто распластаться на нем, но я знаю, что это больше, чем секс. Это брачный танец, который восстановит наши отношения.

Когда я прижимаюсь всем телом к его очевидной эрекции, он хватает мою ночную рубашку и срывает ее с моего тела. Его большие руки ложатся мне на спину, и он двигает мной вверх-вниз, попадая в нужную точку, чтобы мои глаза закатились на затылок от удовольствия.

В погоне за кайфом я едва замечаю, как он снова меняет наши роли, и я извиваюсь под ним.

Его губы опускаются к моей груди, где он берет один сосок в рот. Я стону, когда мои ноги обвиваются вокруг его груди. Он ласкает мою попку и вводит меня в полный контакт со своим членом. Я уже настолько мокрая, что он плавно скользит между моих губ, вверх и вниз.

— Внутрь. Сейчас же, — рявкаю я, терпя неудачу в своей собственной игре, чтобы затянуть это. Он усмехается мне в ухо, видя мою настойчивость.

— Ты хочешь мой член, малышка? — спрашивает он, подаваясь вперед и ударяя по моему клитору, вызывая у меня стон.

— Попроси об этом, — шепчет он, проводя влажными поцелуями по моей ключице.

— Я хочу, твой член внутри меня. Пожалуйста. — Я даже не узнаю свой голос, когда прошу, но мне все равно. Прошло слишком много времени с тех пор, как я чувствовала его. Всего его.

— Хорошая девочка. — Его рот накрывает мой, когда он одним быстрым толчком входит в мое тело. Он заполняет меня до отказа, и через один толчок оргазм захлестывает меня, мои мышцы сжимаются вокруг него.

— Сильнее, — вскрикиваю я, и он начинает входить и выходить, его крепкая хватка на моей заднице сжимает мою плоть до синяков.?

Я крепко прижимаюсь к нему, наслаждаясь тем, как его член ударяется о мою шейку матки, и смешивая удовольствие с болью, когда вдруг слышу скрежет в дверь. Я поворачиваю голову в том направлении, но стараюсь не обращать на это внимания, вместо этого призывая Адриана двигаться быстрее.

Скрежет становится громче.

— Ты это слышал? — спрашиваю я его и указываю в сторону двери. Он останавливается и хмурится.

— Слышал что?

Что-то ударяется о дверь.

— Это, — говорю я, и скрежет сопровождается мяуканьем.

Когда мы оба понимаем, кто стоит за дверью, мы разражаемся смехом.

— Оставь это, — говорю я и сжимаю свои мышцы вокруг него. Он снова начинает двигаться, но мяуканье усиливается.

— Мы должны посмотреть, что хочет Малли? — спрашивает Адриан, и красная дымка внезапно застилает мне глаза. Я поднимаю на него бровь и перекатываюсь вместе с ним, так что я оказываюсь сверху.

Я немного приподнимаюсь, а затем снова опускаюсь, тянусь руками к его грудным мышцам для поддержки. Он хватается за мои груди и разминает их, и от этих движений по моему телу пробегают мурашки.