— Есть способы поблагодарить меня, — говорит она, и я замираю. Ее голос совершенно не похож на тот, которым она говорила со мной или девочками. Он высокий и…

— Я думаю, ваша зарплата показывает нашу с женой признательность, — резко отвечает Марчелло. Я краснею от его слов. Мне нравится, когда он называет меня своей женой.

Сара взрывается смехом от его слов.

— Твоя жена, — начинает она между приступами смеха, — ты имеешь в виду ту, в старомодной одежде? — я опускаю взгляд на свое платье и хмурюсь. Мне не кажется, что оно старомодное… почему она так сказала?

— Я не могу поверить, что такой мужчина, как ты, может найти это привлекательным. — Сара имеет наглость сказать это, и я задыхаюсь. Что?

— Сара, пожалуйста, воздержись от таких разговоров о моей жене, — говорит ей Марчелло, и это дает мне небольшую надежду. И все же это причиняет боль. В основном потому, что, возможно, он не находит меня привлекательной.

— Почему? Я оскорбила ее нежные чувства? Не волнуйся, она ничего от меня не услышит, — говорит она, и я слышу движение. Мне сложно удержаться, чтобы не приклеить ухо к двери, желая узнать, что происходит.

— Сара, я был бы признателен, если бы ты не входила в мое личное пространство. Это неуместно. — Марчелло отчитывает ее очень профессионально.

— Пожалуйста, мистер Ластра. Я знаю таких мужчин, как вы, — отвечает она, и наступает пауза.

— Сара, пожалуйста, надень одежду и уходи. — Он подчеркивает слово «уходи». Почему он говорит ей одеться? Что происходит?

Мое сердце колотится, и я не знаю, стоит ли мне врываться или нет. Я больше ничего не слышу и начинаю волноваться.

Неужели Марчелло… нет, он бы так не поступил.

Моя рука лежит на дверной ручке, и я спорю с собой, стоит ли открывать дверь. Я…

Громкий звук отвлекает мое внимание, и я толкаю дверь, проклиная последствия. Сара поворачивается ко мне, ее рот широко открыт. Она без верхней одежды, ее грудь обнажена. Я быстро перевожу взгляд на Марчелло и задыхаюсь, увидев его на полу с пустым выражением лица. Его руки обхватили колени, и он очень медленно раскачивается, почти в беспамятстве.

— Что случилось? — спрашиваю я Сару.

— Ничего… я… я просто прикоснулась к нему, а потом он стал таким, — заикается она, но мне все равно. Она дотронулась до него. Марчелло не любит, когда к нему прикасаются. А теперь он…

— Вон! — говорю я, мой голос тверд.

— Но…

— Убирайся к черту, пока я сама тебя не вышвырнула. И не думай возвращаться! — ее глаза расширены от страха, и она медленно кивает, прежде чем выйти из комнаты.

Я закрываю за ней дверь и опускаюсь на колени на пол рядом с Марчелло.

— Марчелло, — зову я, мой голос мягкий.

Он дрожит, все его тело содрогается, он раскачивается все быстрее и быстрее.

— Марчелло, ты в безопасности, — пытаюсь я снова.

Мне так страшно. Просто смотрю на него в таком состоянии, и на глаза наворачиваются слезы. Она прикоснулась к нему. Она, черт возьми, прикоснулась к нему, и теперь он… он отключился, не так ли?

— Марчелло, — понижаю я голос, — посмотри, что у меня здесь. Я сшила это из материалов, которые ты мне подарил. — Я протягиваю перед ним лиф, который сшила, и начинаю говорить. Может быть, смена темы поможет ему выбраться из того места, в котором он закрылся.

Я рассказываю ему о процессе и о том.

— Я хочу сшить платье принцессы для Клаудии. Ты помнишь Клаудию? Она моя дочь. — Его качание немного замедляется, и он поднимает голову, чтобы посмотреть на меня. Его взгляд по-прежнему пуст, но одно слово срывается с его губ.

— Клаудия? — хрипит он, и мое сердце разрывается от эмоций в груди.

— Да, Клаудия — моя дочь. Вы с ней знакомы. Ей почти десять, и она маленькая нарушительница спокойствия. — Я рассказываю ему истории о том, как Клаудия пугала монахинь в монастыре, о ее маленьких трюках и недавно обретенной любви к шоколаду.

— Каталина? — Его голос хриплый, когда он произносит мое имя, и я охотно киваю.

— Да, это я. Ты узнаешь меня?

Его глаза смотрят прямо на меня, и он хмурит брови, как будто проясняя туман, окружающий его разум.

— Каталина? — он дважды моргает. Затем он наклоняется вперед, опуская колени на пол.

— Ты в порядке? — я придвигаюсь к нему так близко, как только могу, не причиняя ему неудобств.

— Теперь да, — шепчет он, — спасибо.

— За что? — спрашиваю я, недоумевая.

— Ты заставила их уйти… — отвечает он, глядя поверх моей головы.

— Кого, Сару?

— Нет, — он качает головой и делает глубокий вдох, — демонов. Ты заставила демонов уйти, — говорит он на полном серьезе.