Не дожидаясь, пока я выполню его приказ, Олег толкает меня на переднее сиденье, садится сам, давит на педаль газа, и машина с визгом срывается с места.

Скорость на спидометре переваливает за сто пятьдесят. Спортивный автомобиль едет по мосту и обгоняет другие машины, не пугаясь встречной полосы. Должно быть, Олег нарушил все правила дорожного движения, но какое ему до этого дело…

У меня сходит вся краска с лица, а сердце бьется в сумасшедшем ритме.

- Олег! Хватит! Мы разобьемся! – Кричу я, вцепляясь в ремень безопасности, как за спасительный круг.

Господи. Он даже не пристегнулся! Машина несется с бешеной скоростью.

- Да что с тобой такое, черт возьми! – Уже плачу я, умирая от страха.

Я закрываю лицо ладонями и задерживаю дыхание, когда «Camaro» чуть не врезается в автомобиль, едущий нам навстречу. Олег, наконец, снижает скорость.

Меня знобит, как в лихорадке. Зуб на зуб не попадает.

- Что я сделала? Он же сам меня поцеловал… Сам… - Судорожно плачу я, размазывая слезы по щекам. Я жутко напугана.

- Скажи мне, зеленоглазка. Сколько стоит операция по гименопластике? И скольких лохов ты уже успела развести? – Он вдруг делает паузу, а потом хохочет в голос: - А-ха-ха! Хорошо сработано, сладкая! Мне вот интересно, как вы делите деньги между собой? Мачехе-то хоть в деревне что-нибудь отпадет? Или тому пареньку, который благодаря мне теперь тебя, наконец, может трахать?

- Что за бред ты несешь? Прекрати! – Шепчу я.

- Что такое? – Притворно спрашивает он, а потом резко дает по тормозам, сворачивая к обочине.

Я с опаской кошусь на серьезное, без признаков улыбки, словно застывшее лицо Олега.

- Очень жалко, что ты не успела вовремя сбежать и понадеялась, что я поверю твоей очередной лжи… Нужно продумывать все до мелочей, малышка. В том числе и блок на большие суммы на карте.

Олег поворачивается и смотрит прямо в глаза.

Теперь мне действительно становится страшно….

Боже, какой кошмар он приготовил мне в наказание? Душа Олега – потемки, и никому не известно, чего он от меня хочет.

- Страшно? – На его губах появляется змеиная улыбка. Мои руки холодеют.

- Я не понимаю… - Бормочу я. – О чем ты?

Взгляд Олега ожесточается.

- Как ты ловко подстроила ссору... Мне позвонили из банка и неожиданно попросили подтвердить покупку стоимостью в десять миллионов. Вот только твой сообщник как-то поспешил и продешевил, Аня, не находишь?

У меня кружится голова, и какая-то вязкая дурнота подступает к самому горлу. Сейчас меня вытошнит.

- Эй, зеленоглазка, ну-ка, ну-ка?..

- Я к этому непричастна… – глухо отвечаю я.

Это ошибка…

Какая-то нелепая ошибка…

Боль в груди разрастается огненным шаром... Не вздохнуть. Не выдохнуть.

- Аня? – Олег замирает, внимательно всматриваясь в меня, хмурится, а потом сразу отворачивается к окну.

Мое сердце ухает в пятки, когда я чувствую, что он отдаляется от меня.

- Пожалуйста, поверь мне, - шепчу я, пытаясь найти в жестких чертах хоть каплю тепла. – Как я могла воспользоваться такой огромной суммой, если карта все время лежала у меня нетронутой?!

Его лицо серьезно, бледно и лишено эмоций. Он – словно застывшее каменное изваяние.

Слезы текут по моим щекам, я так быстро открываю сумку, что молния чуть ли не вырывается с корнем. Меня тошнит от стресса. Только не сейчас. Надо взять себя в руки. Я делаю глубокий очищающий вдох, и тошнота отступает.

Нужно только показать ему ее… Это какая-то глупая ошибка!

Я остервенело шарю рукой и ищу в сумке карту, даже несмотря внутрь, потому как это бессмысленно из-за пелены перед глазами. О боже! Ну, где же она?!

- Не устраивай цирк, - Олег говорит очень тихо, но напряжение такое, как перед началом торнадо.

Из моей груди вырывается всхлип, однако я не сдаюсь и продолжаю поиски. Надо просто вывалить все. На колени полетели тетради, ручки, учебники, злосчастный подаренный Олегом телефон. С каждой вытащенной вещью мое сердце ускоряется, и я чувствую, что начинаю задыхаться.

- Прекрати, - его голос звучит угрожающе спокойно.

Сейчас… еще немного. Карта тонкая, она могла забиться в какой-нибудь угол.

Из-за проклятых слез ничего не видно, приходится искать только на ощупь.

- Аня… - он смотрит на меня бесстрастно, но я знаю, вижу, как он зол. Перевожу дыхание.

О боже… Дно сумки – совершенно пустое. Я вся леденею.

- Аня, хватит! – Уже повышает голос Олег, прожигая меня взглядом. Он дергает за руку и впечатывает меня в свою грудь. Я жадно втягиваю в себя его запах. Сейчас Олег – для меня, как якорь. Если отпустит, то снесет потоком.

- Нет! – Кричу я, размазывая слезы. – Она там! Она должна быть там! Должна!

Моя грудь сотрясается в рыданиях. Я закрываю лицо ладонями, только бы не смотреть в глаза Олега, в который горят ненависть и презрение.