Входит Вадим, сжимая в руке потертый конверт из манильской бумаги. Его лицо серьезно. — Сэр, мы нашли их. Запечатанные записи об усыновлении.
Мой пульс учащается, когда я выхватываю папку из его рук. Когда я раскладываю ее содержимое по столу, бумага кажется тяжелой от секретов.
София Кастеллано.
У меня перехватывает дыхание. Не Хенли… Кастеллано. Название сверкает на странице, как бренд.
Свидетельство о рождении. Рим, Италия. Мать: Мария Елена Романо. Отец...
— Черт. — Проклятие вырывается прежде, чем я успеваю его остановить. Антонио Кастеллано. Глава одной из самых могущественных криминальных семей Италии.
Образы проносятся у меня в голове — то, как она двигается, ее естественная грация, те боевые навыки, которые она продемонстрировала. Детали встают на свои места с тошнотворной четкостью.
В документах подробно описывается безумный переезд в Америку, когда ей было шесть. Законная жена Кастеллано обнаружила его любовницу и пригрозила все разоблачить. Софию тайно вывезли из Италии и поместили к Хенли, чтобы защитить мать и ребенка.
Мои пальцы прослеживают ее настоящее имя при рождении. Она понятия не имеет, кто она на самом деле. Кто ее отец или что в ее жилах течет сила.
— Это еще не все, сэр. — Вадим протягивает мне другой документ. — Ее мать погибла в автомобильной аварии через два месяца после удочерения Софии. Причастность жены подозревалась, но так и не была доказана.
Гнев, нарастающий во мне, угрожает взорваться. Моя София, оторванная от всего, что она должна была знать, спрятана в Бостоне, ее истинное наследие погребено под ложью.
Фрагменты встают на свои места с жестокой четкостью. Смерть Хенли не были случайными. Перерезаны тормозные магистрали. Профессиональный наезд, замаскированный под несчастный случай — точь-в-точь как то, что случилось с биологической матерью Софии.
Мои руки сжимаются в кулаки, комкая документы об усыновлении. Кто-то знает. Кто-то выслеживал ее, выжидал. И, покопавшись в ее прошлом, я, возможно, нарисовал мишень у нее на спине.
Я хватаю телефон и набираю номер ее галереи. Один звонок. Два. Три.
— Вы позвонили Софии Хенли по...
— Черт. — Я бросаю трубку. Мое сердце колотится о ребра, когда в голове проносятся сценарии. У итальянцев могли быть люди, которые наблюдали за ней прямо сейчас. Жена, заказавшая смерть ее матери, могла узнать, что София выжила.
Я набираю номер Вадима, и он берет трубку после второго гудка. — Достань мне все о Лючии Кастеллано, — рявкаю я Вадиму. — Телефонные записи, история поездок, текущее местонахождение. И выясни, кто еще имел доступ к этим записям об усыновлении.
Я просматриваю записи с камер, снятых снаружи галереи Софии. Ничего необычного. Никаких подозрительных машин. Но это ничего не значит — профессионалы знают, как оставаться незамеченными.
Ирония скручивает меня изнутри. Я установил эти камеры, чтобы защитить ее, обеспечить ее безопасность. Вместо этого моя одержимость раскрытием ее прошлого, возможно, подвергла ее опасностям, от которых я хотел ее оградить.
Я бросаю взгляд на свое запястье. До закрытия ее галереи остается три часа — три часа, в течение которых может произойти все, что угодно, пока она сердита и отвлечена, не следя за окружающим.
Я хватаю куртку со спинки стула, уже направляясь к частному лифту. Мои шаги эхом отдаются в пустом коридоре, когда я нажимаю кнопку гаражного уровня.
— Достань мне все, что есть на этих записях, в течение часа, — рявкаю я Вадиму в телефон, прежде чем закончить разговор.
Двери лифта открываются, и я вижу ожидающий меня Bentley. Я сажусь за руль, кожаное сиденье никак не помогает успокоить мои мысли. Двигатель урчит, и я выезжаю из гаража, вписываясь в поворот острее, чем необходимо.
Подключается моя система громкой связи, пока я лавирую в вечернем потоке машин. Я набираю номер мобильного Софии, костяшки моих пальцев на руле побелели.
— Привет, вы позвонили Софии. Пожалуйста, оставьте...
Я с проклятием отключаю ее голосовую почту, объезжая медленно едущий седан. Следующим идет номер галереи, но он звонит бесконечно, прежде чем появится автоматическое сообщение.
— Вы позвонили Софии Хенли по...
— Черт возьми. — я заканчиваю разговор, сильнее нажимая на акселератор.
Движение ползет на красный свет, и я сопротивляюсь, чтобы не проехать на его. В голове прокручиваются сценарии наихудшего развития событий — наемные убийцы Люсии Кастеллано, итальянцы делают ход, и София уезжает из города, чтобы сбежать от меня. Каждая возможность заставляет новый прилив адреналина течь по моим венам.
Я снова набираю номер ее мобильного, сразу переключаясь на голосовую почту. Линия галереи продолжает звонить без ответа.