Мой брат Лаклан будет кем-то вроде жюри. Он отправит смс нам обоим с указанием местоположения. Как только он это сделает, игра начнется. Побеждает тот, кто убьет первым. Если ни один из нас не найдет цель в течение семи дней — ничья. Тогда, думаю, нам придется использовать камень-ножницы-бумагу.

Сильный толчок ударяет по моим ребрам, сердцебиение учащается.

У тебя смехотворное преимущество.

Я наблюдаю, как в диалоге мелькают точки, Роуэн печатает свой ответ на мое сообщение.

Поверь, Лаклан хочет, чтобы победила ты, а не я. Здесь у меня нет никаких преимуществ. Он ни хрена мне не сказал.

Моя улыбка становится шире. Отчаянные метания Майкла Нортмана и учащенное дыхание становятся туманным фоном, когда я набираю свой ответ.

Я не так хорошо тебя знаю, чтобы доверять. Если выясню, что он сливает тебе информацию, то надеру тебе задницу. Просто предупреждаю сейчас, чтобы мы были на одной волне, понял?

Охлажденный воздух в контейнере кажется тяжелее, когда я наблюдаю за серыми точками в левом нижнем углу экрана.

Надеюсь, ты окажешься права, ведь меня такой исход устраивает…

Ты ужасен.

Может быть… но, по крайней мере, ты считаешь меня красавчиком!

Господи помилуй.

Я знаю, что улыбаюсь, глядя на гаджет в своих руках. Я должна чувствовать себя по-другому. Это ведь опасно. Но единственное, что я ощущаю, — это облегчение, которое проникает в мой мозг, а возбуждение в покои сердца. Этот ток пропитывает светом каждую клетку.

Я уже хочу положить телефон и сосредоточиться на своем пленнике, когда он жужжит у меня в руке от неизвестного отправителя.

Айвидейл, Западная Вирджиния.

И удачи тебе, глазастая леди-паук, или как там тебя зовут. Надо же, титул младшего брата-неудачника вот-вот подтвердится.

Моя улыбка становится шире. Сообщение от Палача приходит сразу после сообщения Лаклана.

Видишь? Я же говорил. Увидимся в Западной Вирджинии, Черная птичка.

Я меняю щипцы на окровавленный скальпель.

Когда поворачиваюсь к мужчине, привязанному к столу, его глаза широко раскрыты от страха, который приносит мне умиротворение. Его лицо бледное от напряжения и боли. Кровь и слюна стекают с уголков губ. Он пытается покачать головой, когда я поворачиваю скальпель при искусственном освещении.

— Мне нужно уходить, так что нам придется прерваться, извини за каламбур, — говорю я, втыкая лезвие ему под ухо. Кровь проливается на стол алым потоком.

— Сегодня вечер игр.

РОУЭН

— Что делаешь? — спрашивает Фионн, заходя в мою комнату с морковкой, хрустящей во рту. — Собираешься в путешествие?

Я закатываю глаза и указываю на морковку.

— Что за фигня? Это что, новый этап в твоем обучении кроссфиту — есть сырые овощи?

— Бета-каротин, дебил. Антиоксиданты. Я помогаю своему организму избавиться от свободных радикалов.

— Тогда принимай витамины. Выглядишь как придурок.

— Отвечая на твой вопрос, доктор Кейн, Роуэн отправляется в охотничью экспедицию с единомышленником, — вмешивается Лаклан, опускаясь в одно из кожаных кресел в углу комнаты. — Но в истинном стиле Роуэна он решил превратить это в соревнование. Заставил меня найти подходящую добычу, которая станет сюрпризом для них обоих. Так что, по сути, ему надерут задницу, как маленькой мазохистке.

Я бросаю на Лаклана убийственный взгляд, но он только ухмыляется поверх края своего бокала, делая большой глоток бурбона и постукивая серебряным кольцом по краю хрусталя.

— Где? — спрашивает Фионн.

— В Западной Вирджинии.

— …Почему?

Лаклан разражается лающим смехом.

— Я бы сказал, потому что он пытается выбраться из френд-зоны, но думаю, он вообще ни в одной из зон.

Фионн с хрустом откусывает еще один кусочек моркови, набивая рот, и издает глупый смешок, как тупой ребенок.

Поэтому я поступаю так, как поступил бы любой разумный, взрослый мужчина со своим младшим братом.

Я выхватываю морковку у него из рук, а затем швыряю ее в Лаклана, наслаждаясь, что попал ему в лоб.

Мои братья протестуют, и я ухмыляюсь, глядя на свой багаж, запихивая в ручную кладь еще одну пару джинсов.

— Ты не прилагал столько усилий ради девушки… никогда. Ты не видел ее сколько, год? — спрашивает Лаклан.

Звук сдавленного кашля Фионна наполняет комнату. Мы с Лакланом наблюдаем, как он плюет оранжевые крупинки в свой сжатый кулак.

— Что? Целый год? Почему я узнаю об этом только сейчас?