Парковка почти пуста, за исключением нескольких мотоциклов и нескольких грузовиков доставки, которые либо застряли, либо были угнаны. Мы останавливаемся рядом с хлебным фургоном, и я чувствую, как кровь начинает пульсировать в моем теле.

Я собираюсь это сделать. Сейчас или никогда. Вот…

В ту же секунду, как мы припарковались — перекидываю ногу через замызганный байк и мчусь к шоссе. По крайней мере, представила, что бегу. Как скоро пытаюсь это сделать, то вспоминаю, что из меня слегка вышибли дерьмо, и я могу лишь ковылять.

Отхожу примерно на десять футов, когда пара больших рук хватает меня за талию, и под моей рукой появляется голова с блестящими каштановыми волосами. Одним движением лайфер выпрямляется, и моя поясница ощущает его плечо.

Я кричу и цепляюсь за его голову обеими руками, когда мой мир переворачивается.

— Нет! — кричу я. — Опусти меня! — молочу его руками и ногами. — Иди на хуй! — Я брыкаюсь и дергаю его за волосы обеими руками.

Внезапно лайфер сгибает колени, и его плечо врезается мне в почку.

— Блять, хватит! — каждое слово этого мудака прерывается тяжелым дыханием, когда он пытается удержать мое извивающееся тело.

— Я не пойду туда, — пыхчу я, — и ты не можешь меня заставить. Лучше умру с голода, а-а-а! Ой! Уф!

Теперь этот ублюдок идет обратно к немытому сто лет мотоциклу, и с каждым шагом его плечо все глубже врезается мне в спину.

Он ставит меня на ноги между своим мотоциклом и хлебным грузовиком, а затем разворачивает лицом к себе. Его железная хватка переместилась с моей талии на плечи, его волосы рассыпались по лицу, а глаза сузились от досады.

— Мне нужна еда, — выплевывает он сквозь стиснутые зубы, — и у них она есть. Ты поможешь мне ее достать. Теперь заткнись и слушай меня, а я позабочусь, чтобы мы убралась оттуда вместе с твоей маленькой драгоценностью в целости и сохранности.

Я закатываю глаза:

— Драгоценностью? Пфф. Это дерьмо исчезло с восьмого класса (соответствует возрасту 13–14 лет).

Капитан Важная Задница полностью игнорирует мою отлично подобранную шутку и пристально смотрит на желтый логотип группы «Двадцать один пилот» на черной толстовке:

— А у тебя под ней есть рубашка?

— Мм… да.

— Заправь ее.

Я усмехаюсь, но остроумный ответ распадается на пылинки у меня во рту, когда парень снимает свою гавайскую рубашку. Там, где я ожидаю увидеть тело подростка, нахожу волнообразный мускулистый торс мужчины. Взрослый мужик с настоящими бицепсами… и татуировками на этих бицепсах… и пресс, который могу сосчитать даже через его ребристую майку.

Я чувствую, как физически отстраняюсь от него. Парни — это весело. Парни — мои друзья. С ними я могу справиться. Но с мужчинами…

Мужчины пугают меня до чертиков.

Особенно те, что в этом городе.

Я смотрю, как он снимает свою коричневую кожаную наплечную кобуру. Пистолет внутри, должно быть, тяжелый, судя по тому, как проступают вены на его руке, когда он оборачивает ремни вокруг оружия и запихивает его в нишу для колеса хлебного грузовика. Безоружный мужчина расправляет свою синюю цветастую рубашку, а я быстренько возвращаюсь к своему занятию — заправляю майку.

— Ты готова? — его взгляд падает на поясные завязки моих клетчатых пижамных штанов, которые я затягиваю в тугой узел, чтобы удержать рубашку.

— Нет, — огрызаюсь, глядя на него сквозь ресницы.

Он закатывает глаза, прежде чем заправить растрепанные каштановые волосы за уши. Это движение настолько сладостно, что я почти забываю обо всех татуировках и мышцах. Он снова становится парнем.

А парню гораздо легче доверять, чем мужчине.

— Просто держи рот на замке́ и следуй за мной, хорошо? Вошли и вышли.

Прикусываю язык и киваю, позволяя ему вести меня ко входу в «Факкаби Фудз». Он придерживает меня рукой за поясницу. Снаружи на складном садовом стуле сидит мускулистый мужик без шеи и с татуировками на лице. Он держит «Узи» и смотрит на светящееся устройство у себя на коленях. Качок так поглощен своим занятием, что не поднимает глаз, пока мы не оказываемся почти прямо перед ним.

— У тебя есть связь? — спрашивает мой похититель, глядя на эпизод реалити-шоу «Американский Мотоцикл», которое идет на планшете этого парня.

— Черт возьми, нет, — огрызается он, нахмурив брови, — но я скачал немного еще до того, как рухнули вышки сотовой связи. — Он постукивает себя по голове толстым указательным пальцем. — Нужно быть умнее, парень. — Деревенщина, который выглядит так, будто только что сбежал из камеры смертников, косится на меня и ухмыляется. — Похоже, ты сегодня расплачиваешься телочкой, а?

Мне приходится бороться с волной паники, когда его взгляд скользит по моему телу.