— Эм. — Глаза Сэинта метнулись к Каллуму, прежде чем вернуться ко мне. — Возможно, пришло время просмотреть остальные вещи старика. Посмотри, есть ли что-то еще, что мы пропустили. — Наступила неловкая тишина, во время которой Матео склонил голову, а пальцы Каллума сжались вокруг моих. В конце концов они оба издали звуки согласия.

У нас были зачатки плана. Я знала, что этого будет недостаточно, но это было только начало.

Мы все еще спорили, делает ли знание всех игроков в игре лучше или хуже. Все это имело такой смысл. Декан контролировал торговлю изнутри. Мэр скрывал слухи, а гребаный шеф позаботился о том, чтобы не было никаких следов.

Это была самая нечестивая троица, которую я когда-либо видел.

Когда наступил понедельник, нам всем не терпелось вернуться в колледж. До сих пор у нас был кто-то, кто присматривал за церковью. Нам нужно было знать все тонкости, но мы не хотели, чтобы люди знали о катакомбах, по крайней мере, пока.

— Люди будут болтать, — сказала Эверли перед тем, как мы направились ко входу.

По крайней мере, Сэинт вчера уехал в кампус, так что, таким образом, мы не были с ней втроем. Не то чтобы нам было все равно, но ее дяде нет.

Я потянулся к руке Эверли. Она сидела между мной и Каллумом.

— Все хорошо, mamas, — сказал я ей. — Люди говорят из зависти.

Она, казалось, была довольна этим ответом. Ее волосы были уложены так, чтобы не было видно небольшого синяка на щеке. Единственное, что я знал наверняка, это то, что ее дядя заплатит за это. Больше всего на свете я ненавидел мужчину, поднимающего руку на женщину. Он вообще не был мужчиной, если силой заставил женщину подчиниться. Он был слабаком.

— Я подожду снаружи, — сказал я Эверли.

Каллум притянул ее ближе к себе, а затем поцеловал. Я огляделся, пытаясь понять, следит ли за нами ее дядя. На его месте я бы так и сделал. Двери грузовика открылись. Каллум пошел другим путем, в то время как мы с Эверли отправились на ее первый урок.

— Все смотрят, — прошептала Эверли.

Наверное, потому, что меня никогда не видели наедине с девушкой.

— Тебе не все равно? — Я остановился и уставился на нее.

Она прикусила губу, и мне понравилось, когда она это сделала. Сводила меня с ума. И теперь все, о чем я мог думать, это о том, как она выглядела, принимая наши члены.

Она сделала шаг вперед и взяла меня за руку. Я посмотрел на это секунду. Это было определенно чертовски ново. У меня никогда не было девушки, которую я называл своей.

— Давайте отведем тебя в класс, mamas. — Я ухмыльнулся.

Я привел ее в класс, и она начала уходить. Мне пришлось потянуть ее назад за пояс джинсов.

— Ты ничего не забыла? — Мой голос был хриплым. Я прижал ее к стене. Мои руки были по обе стороны от нее.

— Если ты чего-то хочешь, тогда ты должен это взять. — Она злорадно улыбнулась мне.

Я наклонился и лизнул ее нижнюю губу. Затем я потянул ее в рот и начал сосать. Она издала тихий стон. Мой член затвердел. Я нежно поцеловал ее, потому что еще что-нибудь, и я потеряю контроль.

Когда я отстранился, я мог видеть ее желание, написанное на этом бледном лице.

— Не обращай внимания на слухи, — сказал я ей. — Никогда не было девушки, достаточно интересной, чтобы привлечь внимание Каллума. Девушки, с которой Сэинт хотел провести больше одной ночи. — У нее перехватило дыхание. — Девушки, которая заставила меня захотеть сделать шаг самому. Вот почему я всегда позволяю Сэинту вести. Потому что ни одна девушка не стоила моих усилий.

Я ущипнул ее за подбородок.

— Иди в класс. Кэл встретится с тобой после.

Я отправился на другую сторону кампуса, к бейсбольным полям. Мне нужно было уединенное место, чтобы поговорить. И по какой-то причине, клянусь трибунами, это никого не волнует. Некоторые принимали наркотики, другие пытались трахаться, так что каждый занимался своим делом.

— Спасибо, что пришел, — сказала я Лоренцо.

Он выглядел иначе, чем обычно. Более расслабленный, и если бы я не знал его лучше, я бы подумал, что он студент. Он был молод, и такая власть, как у него, вероятно, была унаследована.

— Kompa, — поприветствовал он.

— Как поживает мэр? — Я спросил.

Он улыбнулся.

— Он знает свое место, — сказал он мне.

Я знал, что нам нужно делать, и Лоренцо не связывался с дерьмом, которое делали декан, мэр и шеф. Рассказать ему всю правду могло быть единственным способом заставить его вести себя с нами хорошо. Знание всех тонкостей Блэкстоуна сделало бы его королем всего, как только со всеми будет покончено. И это было то, на что мы рассчитывали. Чтобы он захотел помочь нам ради собственной выгоды.

— У меня есть для тебя предложение, — сказал я.

Улыбка, которую он мне подарил, была пугающей, и если бы я был простым человеком, я бы описался в штаны.

— Какое?

Итак, я рассказал ему все, надеясь, что его информация сможет пролить свет на все дерьмо, которое мы пропустили.

— Ты хочешь, чтобы мэр был крысой, не так ли? Отпустить его, чтобы он мог отчитываться перед нами?