«Я тоже».

— Так себе признание.

— Твое, по-пьяни, не лучше, — отстраняется и отходит.

— Ладно, не начинай, — устало потираю переносицу.

— Начала не я, между прочим, а ты! Скажешь не так?

Мы бы с ней обязательно снова поскандалили, но помехой тому стала раздавшаяся трель дверного звонка.

— Кого-то ждешь? — нахмурившись, уточняет. — Лену?

Не реагирую на колкость. Иду глянуть, кто так настырно мучает кнопку.

— Тяяяяф! Тяф! ТЯЯЯЯЯЯФ!

— Гав!

Животина лаем заходится.

Подхожу к двери, на всякий пожарный достаю с полки пистолет и убираю за пояс.

— Кто?

— Это я, Динамит.

Открываю, запуская друга в квартиру.

— Здорово. Ты че звонки на трубу игноришь? — приветствуем друг друга за руку.

— Ррр! Гав!

— Нельзя! Успокоились! — командую громко. — Место!

— Занят был.

— Соболезную насчет отца, — хлопает по плечу.

Киваю.

— Тяф! Тяф!

— Да твою мать! — закрываю не на шутку разошедшегося Мелкого в ванной. Шума от него вечно до хера и больше.

— А че не сказал ничего?

— Да я особо не афишировал.

— Когда похороны?

— Уже состоялись.

— Ясно.

Надо было сделать все быстро, по-тихому и не привлекая внимания. К слову, по пальцам можно посчитать людей, изъявивших присутствовать на кладбище.

— Рррр…

— Хватит, Тайсон! Задолбал! — окликаю рычащего пса.

— Иди сюда, эй, — слышу голос Сашки. Оборачиваюсь.

Она прихватывает пса за ошейник и исчезает вместе с ним за дверью спальни.

— Это та рыжая с погонами? — Динамит презрительно кривит губы. — Ты опять с ней снюхался, что ли?

— Тебя это не касается. Фильтруй базар. Зачем пришел?

Мне никогда не нравилась та агрессия, которую он с лихвой выдавал в сторону Харитоновой.

— Я с новостями вообще-то, — выкатывает обиженно.

— Ну и?

— Пока ты тут дочь мусора натягиваешь, они натягивают тебя.

— Чего?

— Того. Шмон у тебя в клубе. Клим звонил.

— Так какого ляда ты не сказал сразу? — наезжаю на него.

— Не успел.

Возвращаюсь в спальню и достаю из шкафа первую попавшуюся футболку.

— Что-то случилось?

Сашка сидит на кровати. Активно гладит отчего-то разнервничавшегося Тайсона.

— Мне надо срочно уехать.

— Надолго?

— Не знаю.

— Как закрыть квартиру? Я ведь тоже уйду.

Слышать это неприятно, однако я нахожу в себе силы и терпение для того, чтобы принять ее выбор. На сегодня.

— Просто захлопни дверь. Я возьму ключи…

Саша

Я отработала бэк-вокалисткой в караоке-клубе несколько смен. (Да-да, я та самая девочка, которая передает микрофон от стола к столу, принимает заявочки и подпевает, если того требуют обстоятельства). Итак, что я поняла:

Первое, я ненавижу песню «рюмка водки на столе».

Второе, считающих себя поющими, гораздо больше, чем тех, у кого действительно есть слух и голос.

Третье, раз на раз не приходится. Сегодня ты имеешь дело с воспитанными и адекватными людьми, а завтра за столиком сидит самое настоящее быдло. Вот почему так важно оставаться спокойной и невозмутимой. Эдаким буддистом, постигшим полный дзен. Иначе… будут неприятности. Учитывая мой взрывной характер, так уж точно.

Так-с… Что еще?

Трудишься с шести вечера и до утра. Никогда не знаешь наперед, во сколько закончится смена. Улыбаешься. Много. Когда приходит компания или пара, общаешься с девушками, а не с парнями. Это помогает сбить градус нервозности чересчур переживательных барышень. Дальше… Подпеваешь только в том случае, если это необходимо. И если человек не агрессирует. Некоторые ведь воспринимают бэк-вокал, как мое желание украсть у них минуту славы. Не подумайте чего дурного, к этому я не стремлюсь. Не здесь, по крайней мере…

— Вот та баба, за третим столиком, щас накатит в одно рыло добротную порцию коньячка и начнет исполнять. Гагарину. Потом дойдет до нужной кондиции и здравствуй, Распутина.

— Мм.

— Олеся. Тридцать два года. Работает в банке специалистом по кредитованию. Развелась с мужем три месяца назад. Каждую субботу приходит сюда снимать стресс, — пытаясь перекричать музыку, рассказывает мне Вика, наш администратор. — А вон тот парень, за четвертым, Владлен…

— Стоп, там девушка, — даже прищуриваюсь.

Вика смеется.