Знаю, что этого не было, но мне, наверное, всё равно важно услышать это от него.

— Ни с кем до тебя такой мысли не возникало.

— Тогда я согласна, — касаюсь своим бокалом его и они звякают.

Вкусное холодное шампанское оказалось очень даже к месту.

— Потанцуешь со мной? — предлагает, перехватывая мои пальцы.

По радио звучит Lana Del Ray Young and beautiful.

С радостью соглашаюсь. Отставляю пустой бокал, встаю и вот несколько секунд спустя мы уже обнимаем друг друга, покачиваясь в такт музыке.

— Я пиздец как скучал, — прижимает меня крепче к себе и гладит волосы.

— Ну вот, а я только собиралась похвалить тебя за отсутствие нецензурных слов, — смеюсь.

— У меня чёртова ломка начинается, когда ты не рядом.

— Всё так серьёзно? — наигранно выражаю сомнение.

— Серьёзнее не бывает, — его ладонь ложится мне на шею и наконец это происходит.

Губы Хантера накрывают мои.

Целуют.

Сперва мучительно медленно и нежно, но надолго обоюдного терпения не хватает.

Поцелуи становятся жарче, глубже, настойчивее.

Его язык страстно ласкает мой, пробуждая в охваченном волнением теле тысячи нервных окончаний.

Говорит, что скучал, но разве представляет он насколько сильно тосковала по нему я?

Каждый день, проведённый в разлуке. Каждую минуту!

Вообще не понимаю, как справлялась те три ужасных года. Сейчас кажется, что если он вдруг исчезнет, я просто умру. Разорвётся сердце. Не выкарабкаюсь.

Потому что детские наивные мечты вдруг стали реальностью: Хантер Брукс со мной. Он только мой. Мы наконец вместе и, несмотря ни на какие внешние обстоятельства, очень-очень счастливы.

Это всеобъемлющее счастье я ощущаю от ушей до самых кончиков пальцев.

Сердце стучит неистово, разгоняя по венам вскипевшую кровь.

Порхают стаями дикие сумасшедшие бабочки в животе.

Бегут по спине мелкие мурашки от каждого прикосновения.

Кружится голова, в которой есть мысли лишь о Нём.

И нет, я не пьяна…

Брукс увлекает меня за собой. Усаживает на себя сверху и продолжает страстно целовать в губы, бессовестно запуская руки под футболку.

Тесный контакт наших разгорячённых тел только обостряет ощущение того, что нам друг друга катастрофически мало. Как мало воздуха, которым мы не успеваем дышать.

— Хантер… — шепчу взволнованно, когда его губы прихватывают отчаянно пульсирующую венку на шее, а ладонь одновременно с этим накрывает полушарие груди и нетерпеливо сжимает. — Мм…

Непроизвольное движение бёдрами вызывает незамедлительную ответную реакцию.

Я чувствую его возбуждение, но вместо стеснения испытываю нечто другое.

Повторяю волну. В этот раз уже намеренно.

— Детка… — произносит он чувственно, прикрывая веки.

— Потрогай ещё… — прошу бесстыдно, потому что налитая перед месячными грудь болезненно ноет, требуя его прикосновений.

— Так?

— Да… — выпаливаю пошло, когда он снова её касается. Именно так, как нужно.

Только одежда мешает.

— Сними… — командую, сама себя не узнавая.

Джинсовая куртка, накинутая на плечи, тут же падает вниз к ногам.

Туда же за ней отправляется сперва моя футболка, а затем и его.

— Скай…

Наэлектризованные, взбудораженные, возбуждённые, соприкасаемся оголённой кожей и оба, синхронно вздрогнув, рвано выдыхаем.

Всё слишком. Всё чересчур. Но как же это болезненно-прекрасно.

— Не бойся, — его пальцы гладят мою обнажённую спину.

— Я не боюсь, — выгибаюсь ему навстречу. — Делай со мной сегодня всё что хочешь, Хантер…

Озвучивая это, разрешаю и себе, и ему перейти черту. Потому что абсолютно уверена: хочу, чтобы этой ночью мы стали ещё ближе.

Немного волноваться начинаю лишь тогда, когда мы оказываемся в большой белоснежной каюте, где Хантер укладывает меня на огромную кровать, усыпанную лепестками роз.

— Целуй, — прошу робким шёпотом и тут же закрываю глаза, едва его горячие губы касаются моей шеи.

— Скай… — произносит моё имя и скользит ими вниз, по пути прихватывая и засасывая тонкую кожу.

— Целуй, Хантер, — повторяю тихо, обнимая широкие плечи, покрытые сеткой мышц.

— Целую, — отвечает он, выполняя то, чего я так отчаянно хочу.

Двигается по нисходящему маршруту.

Шея.

Ключицы.

Налитая грудь, вызывающая дискомфорт.

Гладит её. Трогает ладонями, разминая пальцами. Прихватывает острые вершинки губами, снова заставляя почувствовать уже знакомое желание, разливающееся по телу тягучей, тёплой волной.

Ещё секунда и он чувственно целует мой живот, мышцы которого непроизвольно напрягаются.

Попутно расстёгивает пуговицы на шортах. Стаскивает их вниз.

— Хантер…

Перехватывает дыхание. Внутренне паникую.