— Хватит бабкать! — одёргивает, но уже совсем беззлобно. Скорее по привычке. — Не надо было слушать вас! Сами-сами. Для этого есть специально обученные люди. Дизайнеры, декораторы.

— И без них справились, мам.

— Для первого раза вообще отлично, я считаю, — вздёрнув подбородок, подытоживает Мирослава. — Хорошую идею подала Аська! Не думала, что будет так клёво и интересно делать всё это. Тем более в обществе вас, старпёров.

— Эй! — Вита толкает её локтем в бок.

— Гирлянду подключил! — сообщает Марат и сотни огоньков вспыхивают.

— Красота невероятная!

— Давайте сделаем общее фото! Скорее все к ёлке, Немцовы!

— Ещё чего? Лично я с места не сдвинусь, — с ходу противится этой затее Эмма.

— Не проблема, давай я тебя сдвину, — Марат толкает кресло, в котором она сидит. (Временная мера. Слаба ещё очень).

— Прекрати немедленно! — возмущается громко. — Это что ещё за выходки?

— Первый пошёл! — катит её к наряженной ёлке. — Второй пошёл! — возвращается за дедом. — Паркуемся, — пристраивает его к жене.

— Я не намерена фотографироваться в таком виде! — категорически отказывается.

— Если тебя так триггерит это кресло, могу принести тебе твой трон из кабинета. Мирка, расставь пока всех по росту, — смеётся, давая указание сестре.

И да, пока мы шумно выстраиваемся у ёлки, действительно идёт в кабинет и приносит оттуда шикарный барский стул. Тяжеленный. Явно впервые сдвинутый с места.

— Пересаживаемся, королева капризов.

— Пупок-то не надорвал? — хмуро взирает на него Эмма, когда он подходит к ней.

— Не надорвал. Натренированный. Тебя таскал на себе полтора месяца!

— Марат, ты чего?! — возмущаюсь в ответ на его шутку.

— Раз-два.

— Аккуратнее можно?

— Не ворчи, — усаживает её на трон. — Получилось. Давайте приготовились, — отступает назад, доставая из заднего кармана телефон.

— Дай причёску поправить! — Эмма взбивает пальцами укладку.

— Там всё найс. Замри. И остальные тоже. Чё вы как дети головами крутите во все стороны?

— Стоим! — командует Мира.

— Надо же… И фейсы сегодня не как обычно выглядят. Без этого своего налёта пафоса и презрения. Все готовы?

— Нет.

— Что тебе опять не так, ба?

— Вольдемар умеет пользоваться техникой, — Эмма пальцем подзывает мужчину. — Будь добр, встань на своё место, внук, — приказывает твёрдо.

Марат, сперва растерявшись, передаёт Вольдемару смартфон и послушно исполняет её просьбу.

— Вот теперь все Немцовы в сборе, — наконец довольно произносит наша госпожа и в эту секунду мне очень хочется расплакаться. Я так безгранично рада, что не взирая ни на что, она не поменяла своего отношения к Марату!

— Не все Немцовы в сборе, — внезапно доносится до нас голос моего отца и сердце, дрогнув, замирает.

Он стоит на пороге гостиной.

Пришёл всё-таки…

Впервые с того дня, как Эмма, будучи на эмоциях, попросила его покинуть дом.

Сказала, что не простит его. Цитирую: «за бесхребетность, несостоятельность. Неспособность защитить семью и детей от обезумевшей жены, слетевшей с катушек».

Ева, кстати, в этот предновогодний вечер находится далеко отсюда.

Спецучреждение — это то, что ожидает её в самые ближайшие годы, ведь за содеянное придётся ответить. Финансовые махинации суд признал недействительными и никого из фигурантов дела без внимания не оставил.

К слову, об ответственности.

Участвовавшие в касающемся меня инциденте девочки (как минимум четыре), в элитной школе больше не обучаются.

Впрочем, как и я…

Мы с бабушкой серьёзно поговорили и решили, что я вполне смогу осваивать программу, выбрав более удобную для меня форму обучения. Не мешающую спорту.

Но вернёмся к происходящему в гостиной Немцовых.

— Возвращение блудного попугая…

— Можешь выгнать, мам. Я пойму и приму.

Отец, склонив голову, смотрит вниз на ботинки.

— Надо бы непременно! — кивает она, пока Мира несётся обнимать его.

— Папочка! Иди скорее к нам! — минуту спустя тянет отца за собой и Багратовна никак не комментирует эту её вольность.

— Сфоткаемся уже наконец? Все готовы? Сто пятьдесят пятый раз спрашиваю.

— Да, — в разнобой отзываемся.

Марат обнимает меня, крепко прижимая к себе.

— Внимание, дамы и господа! Я намереваюсь сделать снимок.

— Быстрей уже, — нетерпеливо торопит Мира.

— Воландеморт, не подведи, — неожиданно произносит бабушка и стены некогда холодного, мрачного, неприветливого дома с чёрными тюльпанами отражают дружный смех членов семьи Немцовых…

*********

Что такое счастье?

Счастье — это когда в новогоднюю ночь твои родные и близкие люди вместе!