В этом не было сомнений. Диана перевела взгляд на Майкла, который уже обматывал елку гирляндой. Она знала его не так хорошо, но достаточно, чтобы сделать вывод: Майкл – отличный парень. И он не завалил Камиллу в постель после первого свидания, что доказывало его уважение к ней. Это вообще свойственно всем членам «Morte Nera». Какой руководитель, такие и подчиненные.

– Я уверена, что очень нравишься, – улыбнулась Диана. Возможно, Камилла нашла своего мужчину. – Майкл очень хороший, он скромный, и я точно знаю, что обидеть он не сможет.

Камилла машинально улыбнулась и поправила пальцами волосы, скромно убрав выбившуюся прядь за ушко. Она наблюдала за Майклом, и он, заметив это, подозвал ее к себе. Девушка тут же бросилась помогать ему с гирляндой.

Диана взглянула на часы на своем запястье, что привлекло внимание Ноэль:

– Не переживай, человек, который стоит выше всех, имеет много дел. Но честно, я думаю, что Стефано послал Ричарда с его делами подальше и уже едет сюда.

– Не думаю, – пожала плечами Диана, – но даже если так, то мне надо отъехать кое-куда по делам. Вы передадите ему, что я скоро вернусь?

– Не переживай, дорогая, конечно, передам. Наверное, дело очень важное.

– Да, – кивнула девушка, улыбнулась напоследок и направилась к выходу. Дело очень важное: доехать до врача, чтобы тот выписал ей противозачаточные таблетки. Стефано просил сделать это еще на той неделе, но не было времени…

Получив от врача упаковку таблеток, Диана вздохнула – вот она, взрослая жизнь. Та жизнь, которая стала для нее новой во всех смыслах. О детях Стефано больше не говорил, и его можно понять: слишком опасно для него, слишком рано для нее. Плюс его убеждение в том, что на нем и должен закончиться род Висконти. Диана надеялась, что когда-нибудь он изменит свое мнение. Так не должно быть. История должна продолжаться.

Подъехав к дому, девушка увидела черный «Лексус» и улыбнулась. Стефано дома, он не поехал в клуб, видимо, сильно устал. Его нервы были на пределе – такова цена попытки сбить Грифа со следа, который вел к ней. Заставить переключить внимание с сына на разборки в городе.

Когда они вдвоем смогут жить нормальной жизнью? Наверное, никогда, но она сама выбрала такую жизнь.

– Ты, конечно же, мне ничего не расскажешь? – Диана сидела возле ванны, куда окунула мочалку и намылила ее. Это была ее идея – расслабить Стефано, набрав полную ванну теплой воды с пушистой белой пеной, прикасаться к его коже, смыть весь негатив, что он получил за день. Просто быть рядом.

Он улыбнулся, смотря, как губка, зажатая в ее руке, коснулась его груди, но Диана вдруг остановилась, будто током пораженная, встречаясь с ним взглядами. Замерла, а он перехватил ее руку:

– Что тебя остановило?

Какое-то знакомое чувство… Как будто она уже пережила этот момент. ЕЙ было знакомо даже то, как он перехватил ее руку:

– Дежавю, – прошептала Диана, возвращаясь в реальность, – мне кажется, я уже делала это раньше.

– Мыла мужчину? – не понял он. В голове не укладывалось.

– Да, – слегка кивнула она, – и этим мужчиной был ты.

Стефано хитро улыбнулся:

– Правда? И что я сделал потом?

– Я не помню…

– Зато помню я! – Висконти затащил ее в ванну, и Диана, плюхнувшись в воду, создала миллиард брызг, которые разлетелись по всей ванной комнате. Она хохотала, пыталась увернуться от него, но потом сдалась, прижалась к его обнаженному телу, ощущая губы этого мужчины на своей шее. Смех прекратился, она сдалась и застонала.

Рождество – это время, которое проводят в кругу семьи: сидят за общим столом, разговаривают о жизни, улыбаются и дарят друг другу подарки. После отъезда матери в Аризону Диана лишилась рождественского уюта. А сейчас вновь его обрела. Пусть это не домашняя елка и не праздничный ужин с родственниками, но это первое Рождество с тем, кто стал так сильно ей дорог и близок. И пусть они будут праздновать не дома, но ведь клуб – это почти дом, ее детище, которое она сотворила своими силами.

Стефано подсел к ней и губами коснулся ее шеи. От легкого поцелуя девушка улыбнулась. Как хорошо и уютно. Тишину перебивал лишь треск поленьев в камине.

– Я никуда бы не ехал, – прошептал он, – провел бы с тобой весь вечер здесь, дома.

Диана повернулась к нему. Он уже надел белую рубашку, повязал галстук и был почти готов к тому, что скоро перережет красную ленту и тем самым откроет для посетителей ту самую «груду кирпичей», которую когда-то показал ей. Сколько прошло времени с тех пор… Как все изменилось.

– Я люблю тебя, – она коснулась его щеки, и он тут же поцеловал ее пальцы, – но нам надо идти, нас ждут.

– Мы наверстаем упущенное, – прошептал он, – я тебе это обещаю. Люблю тебя.

Стефано поднялся, протянул ей руку, за которую Диана тут же схватилась и оказалась рядом с ним. Она протянула ему маленькую коробку, завернутую в синюю, как цвет его глаз, подарочную упаковку:

– Я надеюсь, что мой подарок не позлит тебя, – неуверенно произнесла девушка, смотря на коробку, – но для меня он очень важен. С Рождеством.