– Не думай. – Камилла взяла в руки крохотные пинетки. – Посмотри, какая прелесть! С одной стороны, хорошо, что ты уже знаешь пол ребенка, розовое брать не будем. Но с другой стороны, врачи часто ошибаются.

– Я не думаю, что доктор Харт вообще имеет право на ошибки, – задумалась Диана, опять вспомнив Марту. Та сказала о внуке! Откуда она узнала, что родится именно мальчик? Неужели доктор Харт и ей разболтал? Или…

– Если он не ошибся, тогда нам и правда легче с выбором цвета…

– И с выбором имени, – задумчиво вставила Диана, чем напугала Камиллу. Та положила пинетки и удивленно посмотрела на подругу.

– Ты же выбрала имя. Джонатан, в честь твоего отца.

Все было сложно. Диана вздохнула. Как бы она ни ненавидела Стефано Висконти, в ее ребенке текла аристократическая кровь старинного итальянского рода, и дать американское имя было бы слишком просто. В ее замешательстве виновата Марта. Именно она сказала об этом и очень просила дать итальянское имя. В тот момент Диане захотелось расплакаться. Но, может быть, женщина в чем-то права.

– Я хочу назвать его Леонардо, сокращенно Лео, в честь Леонардо да Винчи.

Камилла открыла рот от удивления, поражаясь выдумке Дианы:

– Ты с ума сошла? Какой Леонардо? Назови сразу Стефано, что уж греха таить, ты все еще продолжаешь думать о нем!

– Нет! – отрезала Диана. – Нет, нет и нет! Я никогда не прощу ему того, что он сделал. Это не я предала его, – напомнила девушка, – это он предал меня!

Пауза затянулась, Камилла всматривалась в глаза Дианы, но не видела в них искр, что были ранее. Он убил в ней все живое, весь свет и блеск.

– Он сделал это дважды.

Ребенок тут же дал о себе знать, зашевелившись внутри, Диана погладила себя по животу, пытаясь успокоить его и успокоиться сама.

Больше они не затрагивали эту тему. Камилла надеялась, что во всех выходках Дианы виноваты гормоны. Как только она родит, все пройдет. Может, передумает давать такое странное имя. Хотя, что имя? Главное, чтобы не передалась от отца жестокость и бессердечность.

Они еще долго бродили по магазинам, потом зашли в кофейню, выпили капучино с маффинами. Диана съела три, чем очень порадовала подругу. Вообще аппетит Дианы радовал. Она уже не была худой, а выпирающий живот добавлял ей своеобразного шарма и женственности.

– Я столько ем, что мне кажется, когда рожу, то еще год есть не буду.

– Ты ешь за двоих. Кстати, доктор Харт точно не мог ошибиться и не увидеть еще одного ребенка? Я знаю, такие случаи бывали. Ждешь одного, а тут бац – сюрприз!

Маффин Дианы застыл на полпути в рот. Нет, дети – это хорошо. Но в меру.

– Нет, нет. – Она отрицательно мотнула головой, в голове уже представив эту картину. Как она одна справится с двумя детьми?

После кофейни они пошли выбирать коляску. Катали все, что были в магазине. Видя бесконечные детские товары на полках, Диана поняла, что сюда надо идти с целым списком.

– Собрать кроватку поможет Фрэнк, слава богу, мужчина у нас есть. – Камилла подошла к одной из кроваток и коснулась ее рукой. – Кстати, пока ты выбираешь кровать, я сбегаю в соседний магазин, хочу посмотреть себе обувь.

Камилла специально ретировалась, Диана даже не сомневалась в этом, просто улыбнулась от причины ее побега. Подруга и так часто бывала с ней, нет надобности надоедать еще и с мебелью для детской.

Девушка неспешно ходила между кроватками, оценивая каждую из них: слишком низкая, слишком высокая, цвет ужасный. Она выбирала долго и тщательно. Никуда не торопилась. Наслаждалась тем, что еще один день она посвятила важному делу.

Кроватка была выбрана, а Камиллы все не было. Скорее всего, выбор обуви затянулся и перешел уже в другой магазин. Оформив заказ и расплатившись, Диана вышла из магазина, держа в руках бумажки с чеками, и тут же налетела на человека, уронив все из рук.

– Боже, простите. – Она тут же присела и начала все собирать, увидев, как человек, которого она чуть не сбила, пришел ей на помощь.

– Ничего страшного, бывает.

Этот голос! Дыхание Дианы замерло, она медленно поднялась. Этот голос был ей знаком! От него мурашки пробежали по коже. Девушка подняла взгляд, встречаясь глазами с человеком, о котором давно перестала думать! Как она могла забыть эти седеющие волосы, этот черный прищуренный взгляд, его энергию? Как она могла забыть то, что… убила его сына?

– Вот это встреча! – произнес Гриф, а Диана потеряла голос. Лишь следила, как его маленькие глазки скользят по ее телу, как его мерзкий взгляд остановился на ее животе. Она тут же положила руку на него, защищая. Даже ребенок перестал шевелиться.

– Вот это сюрприз, – улыбнулся он, и эта улыбка вызывала отвращение и желание бежать, – два в одном! А Висконти не дурак, умно скрыл этот факт. Надо же! Какая гремучая смесь в твоем животе!

Диане даже не хотелось думать, о чем он говорит. Но пересилив желание сбежать, она выпрямила плечи и произнесла: