– Я не знаю, кто он, не знаю, чем он дышит, и не знаю, спит ли, но уверен в одном: он не обрадуется такой встрече и ты попадешь в его список по утилизации на первое место. – Он пригвоздил ее к стене. – Никогда не делай этого, тебе понятно? Даже не думай о таком! Иначе я запру тебя в сарае возле своего дома. Ты поняла?

Она закрыла глаза от страха. Она понимала, что он не со зла наговорил ей все это и таким грубым тоном. Он боялся за нее. Но ведь речь шла о безопасности людей. Ведь можно было пожертвовать собой ради спасения своих друзей, сотрудников. Пусть и такой ценой. Она открыла глаза, смотря на него, гордо подняв голову:

– Нет! Не поняла! Я сделаю это, когда придет время, и ты меня не остановишь. Я хочу знать чудовище в лицо.

Алену показалось, что он сходит с ума. Она уже бросает ему вызов. Чертовка. Бестия. Фурия. Он сильнее прижал ее к стене, но она вывернулась из его плена. Слишком много сил дала ей его кровь. Она подбежала к двери, пытаясь открыть ее, но он опередил, хватая девушку за талию.

– Куда ты собралась? Еще рано выходить!

Лия резко обернулась к нему.

– Кажется, обряд идет на твоем этаже, на моем уже все чисто! – Она попыталась оттолкнуть его, еще больше вызывая гнев.

– Но мне хочется, чтобы ты была здесь до самого конца.

Хватка Алена всегда была сильной, но он ослаб за сегодняшний день. Лия смогла вывернуться, хватая швабру и ломая ее пополам.

– О да! Я этого ждал, – прорычал он, – видно, того раза тебе было мало. – Он выхватил швабру и откинул ее в сторону. – Ну, что еще? Стулья? Стол? Шкаф?

Дыхание Лии участилось. Хотелось зарычать и поколотить его. Вот только чего она добьется?

– С Визардом ты часто дерешься? Не могу даже представить такую картину.

– Во мне еще никто не вызывал такую бурю эмоций. Ты первый.

Ален усмехнулся, медленно подходя к ней, заставляя пятиться назад. Лия отступала до тех пор, пока не почувствовала холодную стену за спиной, а потом грустно вздохнула. Опять в ловушке.

Ален подошел к ней вплотную, руками опираясь о стену, заключая девушку в клетку.

– Ты всех прижимаешь к стене?

– Ты первая.

Он впился в ее губы, не думая о последствиях. Она могла его колотить руками, царапать кожу на спине, может, даже всадить кол, ему было все равно. К его удивлению, она ответила на поцелуй, обнимая его за шею. Он убрал руки от стены, давая ей свободу, но она не собиралась бежать, а лишь крепче поцеловала его.

Сделав всю работу, Лия зашла в Интернет и начала рассматривала фотографии деревни Бран в надежде вспомнить что-нибудь важное. Сегодня приезжает Мариан, он скинул ей сообщение с номером рейса и временем прибытия. Вечером он уже будет дома. Ей надо было вспомнить как можно больше о Марии. Но пока она не могла найти никакой информации, и в памяти тоже не возникало образов.

Лия всматривалась в экран, изучая фотографии своей родины. Она с трудом узнавала родные места. Все изменилось. Казалось, что даже природа стала другой. Новые отстроенные дома, маленькие дачи – все мелькало у нее перед глазами. Она не узнавала Бран. Но сердце заныло, когда на глаза попался замок Цепеша, который, как и триста лет тому назад, гордо возвышался над лесом.

Ален за два дня с трудом разгреб дела, количество которых росло как снежный ком. Ходить по отделениям ему было некогда, но он очень хотел посмотреть на работу Германа. На каждом этаже должна была висеть икона. Лия не жаловалась на недомогание, возможно, его кровь придала ей сил либо иконы находились далеко от нее. Он отпустил Лию с чердака после того, как убедился, что вся святая вода испарилась. Затем приоткрыл окна, проветривая коридоры. Но тем не менее больница была освящена, и это ощущалось буквально в воздухе.

Ален распрощался с Германом, и тот обещал навестить их в ближайшем будущем, предложив всем сотрудникам причаститься. На это Ален отреагировал молчанием – такое они с Лией точно не переживут. И если он и спрятал бы ее дома, дав отгулы, то сам вынужден был бы причаститься вместе со всеми.

К разговору о «зеленом человеке» и о живой крови Ален и Лия больше не возвращались, девушка погрузилась в воспоминания о Марии Бран. Ален не злился на нее, он старался разговорить ее наводящими вопросами о прошлом, рассказывал о своем, отвлекая от ее мыслей. Лия была благодарна ему за это.

Ален вышел из кабинета, найдя наконец время осмотреть больницу. Он считал, что начальник должен всегда быть в гуще событий. Отстраненность Димитрия не очень хорошо сказывалась на сотрудниках, и Ален не собирался повторять этой ошибки. И пусть работы еще оставалось непочатый край, сначала он сделает обход, а потом сможет задержаться или приедет на выходных, длинный список задач никогда его не пугал. Хотя сейчас все изменилось: хотелось больше находиться дома.

Пройдясь по третьему этажу и заглянув в кабинет врачей, он увидел Полину.