– Она звонила мне каждый день, спрашивала о тебе. Даже предлагала внести какую-то сумму. Но я решил, что лучше буду должен одному человеку.

София кивнула. Она часто вспоминала Йовану, мечтая рассказать подруге все до мелочей. Не хватало ее воздыханий, переживаний и советов. Как только София останется одна, то обязательно расскажет ей…

Девушка посмотрела в окно, они уже подъезжали к дому Иво.

– Ты же потом отвезешь меня домой? – заволновалась она, начиная понимать, что сегодня ночью ей не придется остаться одной.

– Переночуешь у меня, я купил шампанское и твои любимые пирожные, мы отметим твое возвращение.

Когда машина остановилась, София уже не была уверена, что хочет идти к нему. Но пришлось это сделать, злить Иво в ее планы не входило.

Она неуверенно зашла в квартиру, думая о чем-то своем. Иво кинул ключи на столик, продолжая что-то рассказывать. Резкий звук от удара ключей по дереву вывели Софию из задумчивости, она вздрогнула.

– Я не так давно вернулся сюда, отец держал меня под контролем еще несколько дней, – жаловался Иво. Пройдя на кухню, он открыл холодильник и вытащил бутылку шампанского и коробку с пирожными. – «Просеко» и чизкейки, как ты любишь.

София прошла за ним, улыбнувшись. Она оказалась в прежней жизни.

– Я достану фужеры. – Она потянулась за ними, а Иво тут же с хлопком откупорил бутылку. – Шампанского мне не хватало. Знаешь, цыгане пьют что-то ужасно крепкое. Я даже не могла понять, что именно. Белое, горькое и крепкое. Не текила, нет, текила мягче.

Девушка пожала плечами, подставляя фужер ближе к Иво, чтобы он наполнил его. Но он замер с бутылкой в руке и посмотрел на нее, хмурясь.

– Ты еще и пила с ними?

– Это был праздник, сватовство, – пожала плечами София, – и я была на нем. Цыгане любят праздники, они каждый день что-то отмечают. – Она отвела взгляд и усмехнулась. – Там напитки не делятся на мужские и женские. Все пьют что-то крепкое.

Иво взял фужер, наполнил его шампанским и выпил залпом, потом с грохотом поставил его на стол. София напряглась, наблюдая за ним.

– Ты спала с ним? – спросил он, опершись руками о стол.

Сердце ушло в пятки! Кровь отхлынула от лица, рук и ног, Софию будто парализовало, но она продолжала смотреть на Иво. И молчала…

– Я задал вопрос, – сквозь зубы прошипел Иво. – Этот цыган касался тебя?

У Софии не находилось слов, она попыталась открыть рот, но так и застыла в немом молчании. В голове шумела кровь, ей не верилось, что он произнес это… Как будто почувствовал…

Иво направился к ней, но София не двинулась с места, не отводя от него глаз.

– Он трахал тебя. – Иво не спрашивал, он утверждал. Даже его глаза налились ужасом и кровью.

Эта отвратительная фразу, резанула слух.

– Трахал?! – крикнул он.

– Да! – четко ответила София.

И тут же ощутила тяжелую ладонь на своей щеке.

Потеряв равновесие, она упала на пол.

– Цыганская шлюха!

Иво со всего маху стукнул кулаком о стену, нависая над Софией.

– Как посмел этот ублюдок тронуть тебя? Посягнуть на мое! А ты! Почему позволила этому случиться?

Он отошел от нее и схватился за голову, запустив пальцы в волосы. София прижалась к стене, обхватив колени руками. Она попала в ад! Ее никто никогда не бил. Сейчас ее трясло, хотелось плакать, но она пыталась держаться. Сама виновата, расплачивается за то, что натворила. Но самое страшное, что она ни капли не жалела!

– Нет! – резко обернулся к ней Иво. – Он изнасиловал тебя! Конечно! Этот ублюдок тебя изнасиловал? Я убью его! Клянусь, что убью его прямо сейчас!

Он кинулся в прихожую, но перепуганная София вскочила на ноги и прегородила ему путь:

– Он меня не насиловал! Он и пальцем бы меня не коснулся!

Она зажала рот рукой, понимая, что сказала лишнее. Глаза Иво, и без того налитые кровью и ненавистью, горели огнем. Его лицо перекосила гримаса.

– Нет? Ты трахалась с ним, потому что сама этого хотела?

Он рывком схватил куртку и стал надевать ее, не переставая смотреть девушке в глаза.

– Да, – уверенно произнесла она, – я так хотела! Тебе не обязательно идти к нему, чтобы выплескивать свою злость! Выплескивай на мне! Говори, что я шлюха, ударь еще раз, давай! Только ты не пойдешь к нему выяснять отношения, потому что это было и это прошло! С Ромалем меня ничто уже не связывает!

– Да что ты говоришь? – прищурился он. – Защищаешь его? Защищаешь цыгана, который угнал у нас машины, украл тебя, еще и трахнул в придачу. Браво, София! Ты перестала думать! Только я подумаю за тебя и не позволю пользоваться тем, что принадлежит мне! Он мне за все ответит! И ты тоже! Грязная шлюха, твое место в цыганском таборе! На кой черт я отдал за тебя деньги? Ты не стоишь ни динара!