– А тебе-то что? – фыркнула она, наблюдая, как тот пожал плечами.

Нико, хотя и был против новшеств и делал вид, что они банкротят бар, но ему явно тоже хотелось оживить это заведение. Он просто умело скрывал этот факт.

– Нет, – опомнилась она, понимая, что огрызнулась, и попыталась исправиться: – Пока не было возможности, но я поговорю.

– Я тут набросал пару блюд, – он протянул ей лист бумаги, где корявым почерком были написаны названия.

Девушка взяла его, кивнула и, сложив листок в четыре раза, засунула в карман брюк:

– Спасибо, Нико.

– Только не говори Анхелю, что я с тобой заодно.

– Я буду молчать, – она улыбнулась и провела пальцами по губам, – можешь мне верить.

– Плетете за моей спиной интриги?

Голос прозвучал так неожиданно, что заставил вздрогнуть.

София обернулась, понимая, что позади нее стоит Анхель. Что он слышал? Она могла бы начать разговор про меню прямо здесь, возле барной стойки, но понимала, что сейчас всем не до новшеств.

– Разве можно… – протяжно начал Нико и тут же ретировался за барную стойку протирать посуду.

София осталась с хозяином заведения один на один. Его глаза горели, а в ухе блестела золотая серьга. Он оставался все тем же Ромалем, с которым она здесь познакомилась: во всем черном, с золотой цепочкой на шее.

– Мы обсуждали некоторые нюансы в этом заведении, но сейчас это не столь важно, – слегка улыбнулась она, чувствуя на себе его взгляд. Он даже прошелся по губам, и София ощутила неуверенность в себе. Захотелось посмотреться в зеркало: как она выглядит? Не стерлась ли помада, не растеклась ли тушь? Сейчас она стояла перед ним, желая быть идеальной в надежде, что он полюбит ее снова. Может быть… Когда-нибудь… Но не сейчас.

– Ты связалась с Йованой?

Он говорил с ней как ни в чем не бывало, до того как… Как он первый раз поцеловал ее.

– Она приедет. Я не говорила ей, по какому поводу позвала сюда, думаю, что лучше это сделать тебе.

Она заметила в глазах Анхеля тревогу. За кого он боялся? За Йовану? Или… Нет, конечно, он переживал и за нее саму – София не сомневалась, – но уже не так, как было после первого поцелуя.

– Ты придумал, как пронести оружие мимо охраны?

Анхель загадочно улыбнулся и слегка кивнул. Ура! Он что-то придумал! Глаза Софии засияли в предвкушении:

– Ну?

– Йована любит кошек? – он слегка прищурился, а София опешила. При чем здесь кошки и как они могут быть связаны с оружием?

– Она ненавидит кошек. Но как…

– Ей придется на время их полюбить и подружиться с кошкой, стать ей другом.

– Ты издеваешься?

– Ни капли. Кошки – хороший антистресс, и когда она пойдет в казино, ей придется сдружиться с кошкой. Она ей поможет успокоить нервы. Кстати, у тебя есть пушистая знакомая? А лучше пусть будет большой злой кот.

Теперь София окинула его прищуренным взглядом, разглядывая с подозрением. В порядке ли он? Она уже ничего не понимала.

– Если только ты.

Анхель наигранно улыбнулся:

– Боюсь, что я не подойду на эту роль, меня хорошо знают в «Обсидиане».

– Ты можешь уже объяснить? – занервничала она, но он мотнул головой:

– Когда придет Йована, я все расскажу. Мне надо подумать над деталями.

Он обошел ее и направился к выходу. София проводила его взглядом и решила идти за ним, но кто-то перехватил ее за локоть:

– Не надо, дочка. Ему надо подумать. Когда дело касается чего-то очень важного и серьезного, Анхель остается один на один со своими мыслями. Он должен просчитать каждую деталь, чтобы, не дай бог, не ошибиться. На кону жизни людей.

София впервые за все это время поняла, насколько сложно продумать такую операцию. Она под действиями эмоций ворвалась в «Цеппелин», стала стрелять в разные стороны, но даже не подумала о том, что ее или Милоша могли ранить, убить. Она была уверена в себе и в хорошем исходе, но это неправильная стратегия. Анхель же продумывает каждую деталь, вплоть до местоположения каждого участника, на нем лежит ответственность за судьбы его людей.

Хотелось пойти за ним, но она лишь кивнула Михею, еще раз взглянула на дверь и отошла к Нико, который приготовил новый заказ.

Йована приехала быстро. Запыхавшись, вбежала в бар и, увидев Йона, вскрикнула от ужаса. Она даже не заметила Софию, которая стояла у барной стойки словно тень, думая о чем-то своем.

– Я же просила тебя лежать! – послышался ее голос. – Почему ты не слушаешь меня?